К середине дня руки уже тряслись от усталости. Объявил перерыв — пора подкрепиться. Жены принесли еду и присоединились к нашей потрепанной рабочей группе за импровизированным столом. Они поглощали жареную рыбу, стейки из мяса тауремов и помидоры, запивая высокими флягами парного молока. После трапезы снова взялись за лопаты.

К закату все покрылись синяками и едва держались на ногах. Даже солнцепоклонники — обычно изящные, словно танцоры — валялись на спинах среди грязных куч земли там, где должны были встать частокол. Картина достойная кисти художника-баталиста.

Траншея, плод нашего совместного надрыва, змеилась от северной смотровой башни, огибая западную сторону крепости, до южной точки, где мы сейчас пытались хоть как-то отдышаться.

— Какой окончательный счет, Кузьма?

С наслаждением швырнул лопату и тяжело рухнул на край рва. Ноги гудели как после марш-броска.

— Солнцепоклонники немного впереди, — он сосредоточенно считал на пальцах, словно казначей, перебирающий золотые. — Всего на одиннадцать участков.

— Черт возьми, так и знал!

Один из воинов со смехом хлопнул себя по ляжке.

— Мы бы их сделали, если бы не этот проклятый участок скал на северо-западном отрезке. Целая вечность ушла на долбежку!

— Не вини землю, друг, — солнцепоклонник с легкой ухмылкой вытер пот со лба. — Сами выбирали участки. Теперь, как говорится, люби и тачечку возить. Платите.

— Как насчет реванша? — в глазах бойца плясали азартные огоньки.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился солнцепоклонник.

— Двойное золото тому, кто победит завтра. Слабо?

Солнцепоклонники переглянулись. На их лицах отразилась короткая борьба гордости и здравого смысла. Наконец, один решительно кивнул.

— Договорились.

— Ну вот, теперь хоть какой-то азарт появился, — хмыкнул я, наблюдая за этой сценой. Мужики, что с них взять. — Ладно, на сегодня хватит трудовых подвигов, пора подкрепиться. А то завтра на такой работе и ноги протянуть недолго.

Воины направились на территорию поселения через южные ворота, за ними потянулись солнцепоклонники. Один задержался — тот самый, что заключил пари.

— Мне как-то не по себе из-за всего этого.

Голос звучал тихо, почти виновато.

— Из-за чего?

— Из-за пари. Мышцы солнцепоклонников поджарые, но восстанавливаются они после нагрузок не так быстро. Ему и его людям завтра может быть тяжело.

— Не знаю, на мой взгляд они довольно крепкие.

— Посмотрим.

Выглянул за ворота, прежде чем запереть их на ночь. С таким количеством людей, работающих на износ, мы уже вырыли половину траншеи. Если повезет, и, вероятно, с несколькими потянутыми мышцами, сможем закончить ее к завтрашнему вечеру.