— Я мало что знаю о вашем народе, — сказал я воинам. — Вы верите в призраков?

— Это зависит от того, что вы под этим понимаете, князь.

— У вас в Полесье нет призраков? Духов умерших людей?

— Мы знаем, кто такие призраки, — сказал другой воин. — Но для разных племен это означает разное. Некоторые верят, что это духи тех, кто не может покинуть землю. Мы в такое не верим.

— Тогда почему вы считаете это место проклятым?

— Мертвые не обязательно должны присутствовать, чтобы место стало проклятым, князь, — заговорил третий воин. — Место может быть проклятым просто потому, что там давно никто не ходил.

— Разве это не противоречит самой идее проклятия?

— Наш народ верит, что нас преследуют не только духи павших в прошлом, но и тени тех, кто падет в будущем. Большинство воинов погибает от клинка, а не от старости.

— Это заставляет нас спрашивать себя: где мы падем? Когда в последний раз взмахнем клинком или выпустим стрелу? Этот момент для каждого из нас уже определен и ждет где-то во тьме грядущего времени. Мы смотрим не только на дела прошлого, но и на те, что грядут. Человека может преследовать его собственное будущее.

— Преследовать будущее… — повторил я, обдумывая слова.

Несмотря на странность утверждения, в нем был особый смысл.

Меня действительно преследовала одна часть моего будущего с тех пор, как я вернулся в Поселение Зареченское после стычки с лесными дикарями.

Принцесса Лада и я спустились в защищенные подземные хранилища ее племени, где солнцепоклонники хранили самые ценные сокровища.

За тяжело запертой дверью, к которой Лада только что получила доступ, мы нашли каменную плиту, созданную Оракулом Нарийским. На ней было высечено пророчество о будущем Полесья.

Этот мир был полон чудовищ, сверхъестественных существ и магии, что заставило меня расширить границы своих убеждений.

Но предсказывать будущее? Где-то нужно было провести черту.

И я провел ее. Ровно до тех пор, пока не увидел себя четко изображенным в пророчестве. Я стоял на своей земле и держал ружье, как в тот день, когда только прибыл сюда.

Но пророчество было неполным. Нижние секции плиты, идущие панель за панелью как в комиксе, отсутствовали. Кто-то их отколол.

Плита весила сотни килограммов. Думается, что тот, кто убрал ее основание, сделал это не случайно.

Что бы там ни было изображено, это касалось моего будущего.

И эта часть была где-то там.

Казалось, у всех поселений были свои секреты. У меня пока не было ни одного, если не считать бесчисленных тел, похороненных в лесу вокруг моей земли — свидетельств тех, кто пытался отнять то, что принадлежало мне.