— Возможно, он еще более древний, — предположил Тибинг.
— А что такое неккудот? — спросила Софи.
Не отводя глаз от шкатулки, Тибинг ответил:
— В большинстве современных семитских алфавитов отсутствуют гласные, вместо них используется неккудот. Это такие крохотные точечки и черточки, которые пишут под согласными или внутри их, чтобы показать, что они сопровождаются гласной. В чисто историческом плане неккудот — относительно современное дополнение к языку.
Лэнгдон по-прежнему сидел, склонившись над текстом.
— Может, сефардическая транслитерация?..
Тибинг был не в состоянии больше ждать.
— Возможно, если вы позволите мне… — И с этими словами он ухватил шкатулку и придвинул к себе. Без сомнения, Лэнгдон хорошо знаком с такими древними языками, как греческий, латынь, языки романо-германской группы, однако и беглого взгляда на текст Тибингу было достаточно, чтобы понять:этот язык куда более редкий и древний. Возможно, курсив Раши,[63] или еврейское письмо с коронками.
Затаив дыхание, Тибинг впился взглядом в надпись. Он довольно долго молчал. Время шло, и уверенность Тибинга испарялась с каждой секундой.
— Честно признаться, — заявил он наконец, — я удивлен. Этот язык не похож ни на один из тех, что мне доводилось видеть прежде!
Лэнгдон сгорбился в кресле.
— Можно мне взглянуть? — спросила Софи.
Тибинг притворился, что не слышал ее слов.
— Роберт, вы вроде бы говорили, что где-то видели нечто подобное раньше?
Лэнгдон нахмурился:
— Да, так мне показалось. Но теперь я не уверен. И все же… этот текст кажется знакомым.
— Лью! — нетерпеливо окликнула Тибинга Софи, недовольная тем, что ее исключили из этой дискуссии. — Может, вы все-таки позволите взглянуть на шкатулку, которую сделал мой дед?
— Конечно, дорогая, — спохватился Тибинг и придвинул шкатулку к ней. Ему совсем не хотелось обижать эту милую молодую даму, хотя он и считал, что «весовые категории» у них разные. Если уж член Британского королевского исторического общества и виднейший гарвардский специалист по символам не могут определить, что это за язык…
— Ага… — протянула Софи несколько секунд спустя. — Мне следовало бы догадаться сразу.
Тибинг с Лэнгдоном дружно подняли головы и уставились на нее.
— Догадаться о чем? — спросил Тибинг.
Софи пожала плечами:
— Ну, хотя бы о том, что дед изберет для надписи на шкатулке именно этот язык.
— Вы хотите сказать, что можете прочесть этот текст? — воскликнул Тибинг.
— Запросто, — усмехнулась явно довольная собой Софи. — Дед научил меня этому языку, когда мне было всего шесть лет. И я довольно бегло говорю на нем. — Она перегнулась через стол и уставилась на Тибинга зелеными насмешливыми глазами. — И честно говоря, сэр, учитывая вашу близость к короне, я немного удивлена, что вы не узнали этого языка.