— Ваше императорское высочество собирается атаковать неприятеля? — ужаснулся сопровождавший его обычно флегматичный адмирал Панфилов, — Но ведь у нас для этого совершенно нет сил!

— Это мне известно, — сухо отозвался продолжавший разглядывать позиции противника великий князь. После чего резко повернувшись пояснил. — А вот французы об этом не ведают, так пусть ждут!

Затеянная Михаилом демонстрация имела большой успех. Перепугавшийся возможного нападения Канробер вернул уже построенные колонны в свой лагерь. Где они напрасно ожидали казавшегося им неминуемым нападения, в итоге, так и не вступив в бой, и не оказав Раглану никакой помощи.

Впрочем, совсем без подмоги англичане не остались. Прикрывающий от возможного обхода правый фланг союзников Обсервационный корпус Боске недолго стоял без дела. Опираясь на устроенную на Семякиных высотах линию редутов, французы могли не опасаться фронтального удара. Убедившись, что в бой вступили только части IV корпуса Липранди, не подозревавший о скором падении Балаклавы французский генерал решился нанести по атакующему противнику фланговый удар.

Правда, для этого нужно было сначала собрать свои изрядно подмерзшие войска и заручиться поддержкой Сулейман-паши, чтобы его аскеры заняли на время оборону в сооруженных французами для себя номерных редутах, что оказалось совсем не просто. Хорошо знавшие о том, какие повреждения нанес ураган лагерям англичан и французов, турки вовсе не стремились покидать свои палатки. И двинулись на смену французам лишь после того, как разгневанный османский военачальник пригрозил неторопливым подчиненным расстрелом.

Между тем, положение британской армии становилось все хуже. Каждый новый удар противника заставлял их откатываться назад, а чтобы фронт не посыпался окончательно, постоянно вводить в бой резервы, подтягивая к месту сражения всех, кого можно. Из-за чего, вскоре на линии от кряжа Сапун-горы и до самых Балаклавских высот у войск королевы Виктории оставались только остатки вышедшей из боя с большими потерями кавалерии, и 2-я бригада Хайлендеров из состава дивизии герцога Кембриджского.

Формально у командующего этим соединением генерал-майора Колин-Кэмпбелла имелось под началом три полка с громкими наименованиями: 42-й Королевских Хайлендеров, 79-й Собственных Её Величества Хайлендеров и 93-й Аргайлских горцев. Но из-за того, что в составе каждого из них был всего лишь один батальон, общее количество штыков в бригаде не превышало 1900.

Оставалось надеяться лишь на отлично укрепленные позиции, прикрытые стоявшими на высотах батареями, да нарезные ружья не раз доказавшие свое превосходство над гладкостволом русских. Тем не менее, обстановка продолжала складываться явно не в пользу британцев.