— Есть дом.

— Сёма.

— У вдовы одной снимаем. Добыли бумаги …

— То есть, легально живёте. Понятно. А в армии тебе не понравилось. Решил с Тихоном посчитаться? — Брехт одну мысль в голове обкатывал, но даже сам себе её не решался высказать, даже в мыслях, в окончательном виде.

— Хотели бы, давно посчитались … — Бамс, — Ваше сиятельство. Своей жизнью живём.

— Сема, а скажи мне, вот, грабишь ты купцов или кого, в общем, и не интересно, а дальше, что? Цель у тебя есть? Да и на главный вопрос в моей жизни ответь. Вот вы трое неумех малахольных на трёх богатырей напали, вы на что, мать вашу, Родину нашу, надеялись?

— М… И… Взыграло. Кака цель … поднакопить деньжат да земельки купить в Херсоне. Тепло там. — Вот она заветная мечта крестьянина — земельку купить.

— Взыграло. В армии же служил. План всегда нужен, подготовка. Ну, где ты и где … — Брехт задумался. План как раз в его голове есть, но под этот план нет исполнителей. Эти трое по качеству настолько хуже Светлова и его диверсантов, что даже сравнивать стыдно. Светлов один с десятком этих душегубов разберётся. А где сейчас взять нормальных? В этом-то времени. Казаки? Казачьи ухватки. Ну, посмотреть нужно, такие же сказки, как и всё остальное. Пустили писатели байку гулять, её другие писатели повторили. И всё — каждый казак это сам Козьма Крючков — донской казак, который в одном бою уничтожил 27 немцев. А на самом деле ни регулярной подготовки, ни опыта боевых действия и опыта работать в составе подразделения. Хрень. Смелые? Наверно? Да, даже точно. Ох, не главное это.

— Слушай Сема. Ты же вроде как … Ну, ладно. Будем считать, что я тебе вольную выписал. Пойдёшь ко мне на службу вместе с твоими подельниками. Работа та же. Только доход в тысячу раз больше. Проведём две экспроприации, и выдам я тебе и друзьям твоим по десять тысяч рублей. Серебряных рублей. В Крыму себе на берегу Чёрного моря усадьбу построишь. Гречанку молодую в жёны возьмёшь. Ты только волосатую бери. Волосатые они … Ну, тебе рано знать.

Семён сидел, привалившись к стене каретника этого и молчал. Глаза бегали, выдавая работу мозжечка. Хитрость задумывал. Сейчас даст согласие этому борову, а потом выберет время и самого зарежет и ограбит и вправду в Крым с ребятами подастся.

Наивный албанский юноша.

— Десять тысяч, — подсказал ему правильное решение Брехт, — и сейчас их у меня нет. Всех доходов, что от Студенцов. Сто рублёв в год. В немилость попал к Государю Императору. В ссылку сослан в имение.

— Правда? — прекратили глазки бегать.

— Ну, креститься не буду, я же латинянин проклятый. Вон, Тихона спросишь. Когда помиритесь. Вспомни, у него обычная Зойка, а у тебя будет греческая дворянка волосатая. Повезло тебе, что Зойка этому конюху досталось. У него-то не будет ни гречанки, ни имения в Крыму.