— Так, Сёма, мы поедем потихоньку разными дорогами, а ты за нами ворота закрой и вон в ту строну двигай. Мы тебя там с Ивашкой подождём. А вы, — Брехт повернулся к «Иннокентию» и младшему Ивашке, — езжайте в другую сторону, попетляйте немного и к Демиду, только не останавливайтесь нигде и сильно в центр не заезжайте. У вас ахтырские кони и их могут опознать, не стоить рисковать. Всё, по коням.
Глава 25
Событие семидесятое
В конце осознаешь, что мы — всего лишь игрушки, нас легко сломать, но трудно починить.
— Плутонг, приготовиться! Заряжай! Раз, два, три …девятнадцать, двадцать. Хреново! Капрал Тугоухий, высечь вечером фурьера Зайкова и каптенармуса Ивана Первых. Продолжить заряжание. — Граф Пётр Христианович фон Витгенштейн сурово осмотрел «плутонг».
— Вашество, а …
— Отставить разговорчики, ложись. — Брехт ещё суровей рожу сделал, — Целься. Пли. Встать. Плутонг, заряжай …
Нет, Брехту этот кусок информации из головы графа достался, активизировали его синие кристаллики, и он отлично знал, что плутонг — это полувзвод, а капрал — командир капральства (старое название отделения), и если переводить на современные ему звания, то младший сержант, скорее всего. А фурьер это — ответственный за расселение и продовольствие каждой своей роты. Для отличия от солдат товарищ этот носил прапорец такой маленький флажок, и если опять переводить, то это, скорее, старшина роты. Каптенармус — это заведующий имуществом в роте. И тоже надо полагать — старшина роты. Разделены сейчас эти функции в пехотных частях. А всё потому, что никакой централизованной кормёжки нет. Солдаты сбивались на собственное усмотрение в группки для совместного ведения хозяйства. Вместе жили в одной палатке, вместе еду готовили. Чаще всего земляки так объединялись. Кумпанства эдакие.
Зачем тогда дезертиров так обозвал? А чего — у Петра Первого были потешные полки, у Петра Третьего были, у Павла Первого тоже свои гренадёры были. Чем их сиятельство граф Витгенштейн хуже тех достойных людей?! Пока возможности не те. Где ему взять людей на целый Семёновский полк. Вот есть у него два Ивашки и Сёма. А красивые слова типа капрал и плутонг произносить хочется. А «фурьер»? Как красиво звучит?!
Гонял Пётр Христианович свой плутонг из трёх человек уже целый месяц. Второго марта вернулись из Москвы в Студенцы, Брехт их поселил в одном из пустующих домов и прямо со следующего дня стал из бывших дезертиров делать спецназ. Ну, может и правильно дезертировали. Поручик, что их ротой командовал, судя по их рассказам, был зверь и дебил. А ещё лодырь и пьяница. И вот, с похмелья, вечно «ирод» над солдатиками издевался. Понятно, что в армии, если любого рядового первогодка послушать, то все офицеры и пьяницы, и лодыри, и садисты, да ещё и мудисты. Но Брехт ведь знал, почему на самом деле убили Павла Первого, потому что наехал на дворян, пытаясь заставить их служить, а не по балам шастать. Так что, может, и правду Ивашки говорили. Злые сейчас офицеры, вместо балов на плацу оказавшиеся.