Иван Яковлевич, пока мозг удивлялся допотопному автомобилю, уже обогнул капот автобуса и потянул за ручку кабины. Так-то довольно темно было. Пасмурно, фонарями на улицах, светящими за каким-то хреном всю ночь, Петрозаводск ещё не обзавёлся, и весь свет образовывался из небольшой щели, что осталась от неприкрытой входной двери его купеческого дома.

— Там … — и Иван Яковлевич махнул рукой в сторону дома.

— Чего? — водитель подался вперёд и получил четырёхгранный клинок — шило в глаз.

— Минус четыре.

Теперь самое сложное. Тот, что стоит в засаде под деревом, на взводе. В доме тихо. Свет не загорелся. Товарищ если и не паникует, то весь на нервах. Что-то непонятное происходит. Выйди к нему в наглую, как поначалу хотел Брехт, а он шмальнёт из «Нагана». Не наш метод. Легче всего самому из «Вальтера» в него стрельнуть. Довольно тихая машинка у немцев получилась. Калибр не велик — патрон 6,35мм. Но …

Это днём, когда вокруг полно других звуков не сильно громко получается. Сейчас ночь и в соседних домах обязательно проснутся, а ему ещё трупы васильковые перетаскивать. Придётся рискнуть, и с пятым тоже разделаться холодным оружием. Позади берёзы выросли кусты малины полудикой. Прямо вплотную не подойдёшь, но можно, если тихонечко идти, подобраться метра на три. Брехт обогнул дом с противоположной стороны и пошёл, выбирая, куда ногу поставить, к пятому чекисту. Прошлогодние ветки малины в этом проулке никто не убирал, и они, сломавшись, могли шуму наделать. Шагов пять можно сделать, пока кусты отгораживают идущего от чекиста. Иван Яковлевич стараясь не шуршать прошлогодней листвой и в тоже время пошерудить ногой, выбирая место без сухих бодыльев прошлогодней малины, сделал. И тут товарищ из органов решил ему подарок сделать. Видимо, вконец переволновавшись от непонятной тишины и темноты, он пошёл к углу дома, всего в шаге от Брехта оказался. Иван Яковлевич ему со всей дури рукояткой кинжала в височную кость заехал. Сотрудник органов Госбезопасности тихо пискнул и упал к ногам генерала.

— Доверяй, но проверяй. — Иван Яковлевич развернул кинжал и в глаз лезвие сунул. Тело дёрнулось. Жив был курилка. — Минус пять.

Событие пятое

Трудно делать прогнозы, особенно насчёт будущего.

Йоги Берра

Перед операцией под кодовым названием «Трансплантация органов» Брехт переоделся. Понятно, что крови с сотрудников этих органов много не могло накапать. Тоненькое четырёхгранное «шило» мизерикордии и дырочку маленькую оставляет, но ведь и небольшого кровавого пятна на бриджах или гимнастёрке хватит, чтобы заметили и спрашивать доброхоты стали.