Это был бы наш ответ еще не созданному немецкому «Фриц-Х» и планирующей бомбе «Hs-293». Мы могли опередить Люфтваффе на добрый десяток лет!

Увлекшись, я бысто нарисовал изящный силуэт бомбардировщика, сбрасывающего крылатую смерть на переправу, и вдруг… рука сама собой остановилась.

Увы, у этой красивой теории есть оборотная сторона.

Чтобы оператор мог визуально вести эту чудо-бомбу к цели, самолет-наводчик должен был лететь по той же траектории, в пологом пикировании. Лететь по прямой, без единого маневра, без противозенитных зигзагов всё то бесконечное время, пока бомба падает вниз. Двадцать, может быть, тридцать секунд абсолютной предсказуемости.

Я мысленно перенесся в кабину этого бомбардировщика. Представил, как вокруг расцветают черные, маслянистые шапки разрывов немецких 88-миллиметровых зениток. Прямолетящий, неповоротливый двухмоторник станет для вражеской ПВО легкой, идеальной мишенью. Это будет не боевой вылет, а массовое самоубийство. За уничтожение одного моста мы будем платить горящими самолетами и жизнями элитных экипажей.

С раздражением я перечеркнул силуэт бомбардировщика крест-накрест. Оставим эти игрушки уровня 1943 года для редких, эксклюзивных целей. Конечно, они нужны. Конечно, мы будем над этим работать. Но по состоянию на 1941 год нам нужно будет недорогое массовое оружие. Что-то такое, что сорвет блицкриг.

Выход был только один. Придется пожертвовать точностью по вертикали. Наиболее реалистичным вариантом для нашей промышленности была однокоординатная бомба.

Она будет корректироваться по радиокомандам только вправо и влево по азимуту. Недолет или перелет штурман компенсирует правильной точкой сброса, а вот боковой снос исправит радиоимпульсом. По «длинным» целям — таким как мосты, шоссейные дороги, взлетно-посадочные полосы или вытянувшиеся маршевые колонны вторжения — такое оружие будет работать превосходно.

Вот такую штуку можно делать в огромных количествах. Такая система существовала: это американская управляемая бомба АЗОН, которую они применяли в Корее.

Концепт однокоординатной радиоуправляемой бомбы вскоре сложился в моей голове в ясную, почти осязаемую картину. Навесной хвостовой блок на обычную ФАБ-250. Простой ламповый приемник на три тональных сигнала: «влево», «вправо», «прямо». Парашют-ретардер, чтобы дать штурману лишние шесть-десять секунд на корректировку, и яркий трассер на хвосте для визуального контроля. Такие авиабомбы смогут применять и рядовые летчики с горизонтального полета. Немцам понравится. Но теперь вставал главный, самый интересный вопрос: кто сможет это сделать?