Бажанов подошел к дальнему шкафу, с усилием потянул на себя нижний ящик и достал запыленную, пухлую папку.

— Был тут один проект… — пробормотал он, развязывая тесемки. — Прислали из Коврова. Комиссиям он показался слишком уж фантастическим. Инженер Серебряков. У него тут сразу две разработки на базе одной идеи.

Начальник НИИ ВВС развернул передо мной длинную синьку. Чертеж выглядел пугающе сложным: длиннющая труба ствола, посреди которой громоздилось переплетение направляющих и два цилиндрических затвора.

— Вариант первый: автоматическая двухкаморная пушка. АДКП, — Бажанов ткнул чубуком трубки в центр схемы. — Идея парадоксальная. Он решил проблему отдачи, создав орудие с двумя противоположно направленными каморами. Одновременный выстрел: в переднюю камору подается боевой патрон, в заднюю — холостой. Отдача от боевого выстрела полностью гасится отдачей от холостого.

Я быстро прикинул характеристики этого чудища и отрицательно покачал головой.

— В топку, Николай Николаевич. Четырехметровая оглобля с двойным питанием. Перекосит ленту с холостыми — и неоткомпенсированная отдача вырвет пушку вместе с мотором. К тому же реактивный выхлоп назад… Это те же грабли как и у безоткаток Курчевского, только вид сбоку. Сожжем самолету хвост. Что у него второе?

Бажанов убрал первый лист и пододвинул ко мне второй чертеж. Мы с Устиновым с интересом рассматривали изображенные там диковинные криволинейные схемы автоматики.

— Второй вариант того же конструктора: автоматическая двухзатворная пушка. АДЗП. Здесь он отказался от задней каморы и стрельбы холостыми. Отдачу предлагается гасить мощным дульным тормозом. Но посмотрите на механику затворов.

Вчитавшись в проект, я увидел, что в этой схеме не было возвратных пружин. Вместо них два массивных затвора двигались по хитрой закольцованной дуге. Они шли навстречу друг другу, меняясь местами, и кинематически гасили энергию отката.

Такого рода конструкция, я знал, была реализована в ряде послевоенных проектов, когда на вооружение стали принимать двуствольные пушки и пулеметы. Дмитрий понимающе хмыкнул: идея и правда выглядела красиво.

— А вот это уже не курьез, — медленно произнес я, чувствуя, как внутри просыпается надежда. — Выбросить стрельбу назад было абсолютно верным решением. Сама идея связать два затвора, чтобы их массы работали в противофазе без всяких пружин — блестящая. Но исполнение…

Бажанов внимательно слушал мои слова, рассматривая криволинейные пазы на чертеже.

— … исполнение слишком сложное. В лабораторных условиях эти затворы по дуге, может, и пробегут. А в небе? Пыль, нагар, перепад температур — и эту карусель заклинит намертво. Но ведь здесь буквально один шаг до идеала!