К 34-му году процедура оформления загранкомандировки уже была отработана до мелочей, как ритуал в древнем жреческом культе. Сначала — официальная докладная записка в ЦК. Не просто просьба, а талмуд на сотню страниц с детальным обоснованием: цели, задачи, сроки, смета в валюте с точностью до цента, полный состав делегации с объяснением, зачем нужен каждый конкретный человек, и, главное, — какой немедленный и сокрушительный эффект все это даст для обороноспособности Союза.

Но нести эту записку в Политбюро, вернее, теперь — в Президиум ЦК «вхолодную» — дохлый номер. Сначала ее должны завизировать все заинтересованные стороны. Нарком тяжелой промышленности Орджоникидзе. Нарком обороны Ворошилов. Куратор внешней торговли Микоян. Каждый из них должен был увидеть в этой затее свой интерес и поставить свою подпись. С Микояном я, допустим, договорился. А остальные? Может получиться так, что Микояна как раз в Америку отправят, чикагские скотобойни смотреть, а вот меня — нет.

Потом, когда все подписи собраны, бумага, обложенная этими визами, как икона драгоценным окладом, ляжет на стол… Ежову, как главе Оргбюро ЦК. У него она может зависнуть на… неизвестно какое время. А параллельно с этим твою душу и биографию вывернут наизнанку в другом, куда менее приятном ведомстве. Запросы в НКВД, досье, характеристики, проверка всех родственников до седьмого колена… Перед отъездом — обязательный инструктаж у Ягоды, где тебе поставят пару-тройку разведывательных задач и прикрепят «искусствоведа в штатском», который будет следить за каждым твоим шагом.

Ну а когда наконец бумага «вызреет», решение по ней, прохаживаясь с трубкой по своему кабинету, будет принимать один человек, имя которого вы, конечно же знаете. И решение это будет зависеть не только от виз и от цифр в смете, но и от его настроения, подозрений, сиюминутного видения ситуации.

В общем — да. Ситуация!

Ладно, рассмотрим ситуацию с другой стороны. Вот приду я к Орджоникидзе. Попрошу визу на заявление. А зачем ему это? Как его убедить? Очевидно, ему надо что-то пообещать! Скажем, присмотреться в Америке к каким-то изделиям, интересным Наркомтяжпрому. То же самое с Ворошиловым. Да и с остальными!

Нащупав решение, я в волнении заходил по кабинету. Наверняка у всех наших наркомов найдется, на что посмотреть за границей. Импортное оборудование нужно решительно во всех отраслях! Причем дело надо представить так, будто вопрос с моей поездкой уже решен, иначе наркомы или не проявят интереса, или захотят ехать сами. «Я тут в Америку собираюсь, прикупить кое-что по своей линии. С товарищем Сталиным уже поговорил, да. Конечно, одобряет! А вам не надо ничего присмотреть? Могу взять вашего человека в делегацию!» И вот когда у меня наберется целый пакет насущных заказов — идти с ними в Президиум. Уж тогда меня не отфутболят!