— Александр Сергеевич, — перебил я — вы мне не рассказывайте, что плохо. Про «плохо» я и сам знаю. Расскажите что-нибудь хорошее!
— Ну, кое-что есть. Подглядели у «Хендли Пейдж» интересную конструкцию щелевых закрылков на их новом бомбардировщике, может пригодиться для нашего проекта штурмовика. Но в целом — это мануфактура. Их методы нам не подходят для массового производства.
Я слушал и кивал. Все мои худшие опасения подтверждались. Когда Яковлев закончил, я встал и подошел к карте мира, висевшей на стене.
— Что ж, товарищи, картина абсолютно ясна. Мы взяли в Англии все, что могли, и даже больше, — я кивнул в сторону термостата Ермольевой. — Мы получили бесценный штамм плесени, ключ к победе над инфекциями. Мы украли технологию ТВЧ-закалки. Мы подсмотрели несколько интересных конструкторских решений. Но главной цели — технологий массового, конвейерного производства — здесь нет.
Я провел рукой над Европой.
— Англия, Германия, Франция… это все прекрасный музей и дорогая ремесленная мастерская. Здесь умеют делать уникальные вещи, но не умеют делать их тысячами. Нам тесно в этих рамках. Настоящие заводы, настоящие конвейеры, настоящее, безжалостное массовое производство, которое нам нужно для будущей войны, — там.
Мой палец решительно ткнул в точку на другой стороне Атлантики. В Соединенные Штаты Америки.
Покинув моих сотрудников, я разыскал Микояна. Он сидел у Майского и сплетничал об английских политиках. Перед ними стояли чашки с коричневой жидкостью, но довольные лица старших товарищей недвусмысленно свидетельствовали, что налит в них отнюдь не чай…
— Анастас Иванович, — обратился я к нему — я считаю дальнейшее пребывание основной группы в Англии нецелесообразным. Мы теряем драгоценное время.
— Ой, какой ты горячий! — усмехнулся Анастас Иванович. — Но я с тобой полностью согласен — нечего тут время терять. В Америке повеселей будет.
Затем он вызвал своего помощника.
— Завтра же утром дайте шифрованную радиограмму в наше посольство и в торгпредство «Амторг» в Нью-Йорке. Пусть немедленно готовят программу визита на заводы Форда, «Дугласа», «Кертисса» и «Студебеккера», и… Леонид, куда там еще? В общем, подробности узнаете у Брежнева. И форсируйте через посольство получение американских виз. Мы плывем в Америку при первой же возможности. Работа здесь закончена!
Глава 11
Итак, наше пребывание в Англии не принесло большого успеха. Вся надежда была на Америку. К счастью, глава делегации — Микоян — судя по всему, вполне разделял мои настроения, так что уже на следующий день мы паковали чемоданы. Посольские машины доставили нас на вокзал Ватерлоо. Специальный экспресс, который здесь называли «лодочным поездом», был подан прямо к отдельному перрону. Вагоны, выкрашенные в темно-зеленый цвет «Южной Железной Дороги», разительно отличались от наших, привычных мне вагонов. У английского купе была своя собственная тяжелая дверь, выходившая прямо на платформу, а внутри — мягкие плюшевые кресла стояли так близко, что колени почти касались коленей визави. Яковлев тут же занял для нас одно из купе. Я предполагал, что мы поедем «своей компанией», но неожиданно к нам заглянул Анастас Микоян. Хитро улыбнувшись мне, он произнес: