не станет ли помощь мне помощью и вам самой? Если мы разберемся, что происходит, вы станете чувствовать себя лучше? Будете ли считать, что ваша вина, которая давно искуплена, стала для вас хоть немножечко меньше?». Он хорошо меня знает, я согласилась не раздумывая. И ни на секунду не пожалела о своем решении. Выдохшись, я опустила глаза: кофе в моей чашке остыл и плескался бурой жижей. Нил сидел, задрав морду и глядя на меня вопросительно. — А, еще ты, мой друг, — я почесала его за ухом. — Нил — это результат проказ герцогских наследников. Пять лет назад, когда я только начала заниматься с ними артефакторикой, они стащили у отца пару амулетов и навешали на них дополнительные формулы. До сих пор не понимаю, как у них получилось, но они поймали неупокоенного духа. Тот, может, бродил тихо-мирно по Аддисон-Холлу и горя не знал, а его изловили и загнали в кота. Людвиг как раз приехал в гости; он вызвался изгнать духа, однако я умолила оставить Нила в покое. К тому моменту я уже успела несколько раз побеседовать с ним — наследники сделали чудо какой амулет — и поняла, отчего Нил тут. Он просто потерялся. Как и я. Кот поддал головой мою ладонь. — Он почти ничего не помнит из того, что было до поимки. Обрывки воспоминаний, весьма странные, и мы не знаем, куда их приложить. Людвиг обещал разобраться, да ему вечно некогда, а дело это долгое. Создал для меня номерной браслет духовной связи, а тот амулет, что наследники сотворили, уничтожил. Так что теперь Нила слышу только я — и мастера теней. Может, медиумы еще, но к ним мы не приближаемся. — Нам и так хорошо, — сказал Нил. — Это и есть правда. — Я снова посмотрела на Линдена. — Я никогда не была и не буду идеальной, Дейв. Я сделала непростительную вещь и до сих пор себя корю, и до конца жизни буду искупать свою ошибку. Сколько бы мне ни твердили, что я должна забыть, но… — Ты не забудешь. — Дейв вдруг стремительно поднялся, схватил меня за плечи и прижал к себе; я уткнулась носом в его шейный платок, пахнущий чем-то цитрусовым. — И станешь искупать, я уверен. Сам бы я точно так же поступил. А вот что касается прощения… Ты столько лет себя изводила, и теперь, когда точно знаешь, что делать… Подари его себе. Прощение. Это трудно, почти невыполнимо, когда речь идет о подобных вещах. Я до сих пор вспоминаю Алису, думаю, что бы я мог сделать для ее спасения. И мне стоило огромных усилий простить себя за то, как я думал и действовал тогда. Твою жизнь разрушила чудовищная случайность, однако ты нашла в себе силы подняться