выжечь мое тщеславие и желание покрасоваться. Да, это я, Марика Смит, я прекрасна, и мой спутник хорош и достоин всяческого уважения, и я дарю вам удовольствие смотреть на меня. Так было давным-давно, и так ненадолго стало сейчас. Мы миновали Ратушную площадь и свернули на Банковскую, а после — на Живописную улицу, которая привела нас к воротам старого замка. Это строение было одним из самых древних в Райстоне; никто толком не знал, сколько ему лет, но, говорят, в стенах его замуровывали кости первых поселенцев. Замок принадлежал короне, и в разное время тут гнездились государственные учреждения. Несколько лет назад в нем прочно обосновался райстонский архив, однако теперь, по всей видимости, он переехал в другое место. Ворота замка были гостеприимно распахнуты, туда-сюда сновали молодые люди… Я повернулась к табличке у входа. «Королевский ботанический институт имени королевы Софии». Я встала как вкопанная. — Марика? — нахмурился Линден. — Все хорошо? Вы побледнели. — Мы с вами… идем туда? — я сглотнула. Дышать, и вправду, стало трудновато. — Да, именно туда. Но никаких скучных лекций, я хотел вам кое-что показать на территории института. — Здесь раньше был архив… — Он теперь в доме Роббинса на той стороне тракта. Там и места больше, и для хранения все лучше оборудовано. А замок отдали ботаническому институту, вернее, открыли тут его отделение. Основной-то по-прежнему в Кандене… — Дейв с беспокойством смотрел на меня. — Вы не хотите туда идти? Я взглянула в его карие глаза, где не отражалось ничего, кроме искренности, и решилась: — У меня многое связано с учебными заведениями. Не с этим конкретно, а вообще. Воспоминания о студенческих годах. Наверное, я не была готова столкнуться с ними. Я вам однажды расскажу, в чем дело, но не сегодня. Дейв молчал и буравил меня взглядом, удивительно напомнив мне в этот момент Людвига. Тот тоже смотрел так, будто душу твою готов проковырять, лишь бы докопаться до правды. Я внезапно увидела перед собою совершенно другого Линдена: собранного, себе на уме, пытающегося что-то вычислить по моему лицу. «А он ведь совсем не тот человек, каким предстает вначале. Вернее… там есть что-то, за фасадом вежливости и обходительности. Но что?» — Тайны, Марика, — сказал, наконец, Дейв. — У всех нас есть тайны. Одной из своих я хотел с вами сегодня поделиться и выбрал, как мне казалось, самое подходящее для этого место. Только вот… Я не желаю причинять вам вред. Если воспоминания ранят вас, мы немедленно уйдем. Здесь за углом прекрасная