Ночь. Иллюзия скрадывала движения, приглушала дыхание, скрывала от любого взгляда. Даже если кто-то и смотрел бы прямо в глаза — увидел бы лишь темноту. Я вошёл в город без шума. Скользнул по улицам, как тень, минуя стражу, тех, кто не спал, и тех, кто дежурил на стенах. Они даже не почувствовали — я уже среди них.

Храм не охранялся. Конечно не охранялся — зачем, если всё, что может представлять опасность, уже внутри?

Я прошёл в открытую дверь и замер у входа в главный зал.

Сотни.

Несколько сотен сектантов, выстроившихся перед алтарём. Все в красных плащах. Стоят ровно, как солдаты, повернувшись к трибуне.

И ни один не смотрит назад.

Ну хоть с этим повезло, — я скользнул вдоль стены, в тень, прячась за колонной. Иллюзия ещё держалась, но в воздухе уже витала напряжённая магия — кто знает, какие ловушки активны в этом месте.

На трибуне — тот самый. Главный, верховный, как его там у них зовут?

Плащ чуть темнее, на шее висит амулет в форме горящего глаза. Речь его звучит громко, вдохновлённо, с фанатичным надрывом.

— Братья! Мы ждали этого много лет!

— Неверные смеялись над нами, презирали нас, считали сошедшими с ума фанатиками!

— Но теперь пришёл наш час! С рассветом мы выступаем!

— Города падут к нашим ногам!

— Они будут уничтожены… или обращены в истинную веру!

И тут взревело несколько сотен глоток.

— Да! Да! Да!

Я покачал головой.

Братья, значит… — мысли сами всплыли, ехидные и саркастичные.

Нормально вас тут без баб корёжит, надеюсь вы не из этих?

Хотя... с такими обычно бьются до конца. До последней капли крови. Своей или чужой — не принципиально.

Нет, они не фанатики — они армия. Закрытая, промытая, безжалостная. Готовая.

И если они действительно выступят на рассвете, то к следующему вечеру один из городов уже может лежать в руинах.

Я сжал пальцы. Нужно решить — ждать утра и следить за ними? Или остановить сейчас, пока не поздно?

Только… в одиночку.

Я прищурился, активируя магическое зрение.

Мир вокруг потускнел, краски поблекли, уступив место сиянию энергии. Каждый из сектантов — будто перегретый сосуд, до краёв наполненный силой. Только это была не их сила. От каждого тянулась тонкая, почти невидимая нить — к главному на трибуне. Он стоял, расправив плечи, вдохновляя паству на бой, а по факту… сдерживал их. Управлял ими. Или питался. Может, и то, и другое.

— Симбиот, — выдохнул я, едва слышно.

Или что-то ещё хуже. Коллективный разум? Улей? Хрен его знает. Но если этот фанатик решит направить их в бой… они обрушатся на первый город, как волна живого огня. Ближайший — город военных. Там могут отбиться. Если успеют подготовиться. Если вообще поверят.