— Которые уже разрушены, или судьба их неизвестна, — кивнула Екатерина, показывая свою осведомлённость.
Значит, ищущий справедливости Мосолов уже получил аудиенцию или передал императрице челобитную через секретарей. Ситуация действительно удивительная, требующая ещё более серьёзного отношения к деятельности Шереметева.
— Хитёр! Он для того и набрал в долю акционеров, понимая, что не потянет все проекты, — нахмурившись, произнесла правительница. — Зато теперь через своих компаньонов граф способен контролировать всё. Думаю, акционеры этого не понимают, находясь под очарованием грандиозности начатого и банальной жадности. Тем временем Шереметев выкупил все заводы, снабжающие металлом Тулу и армию в Новороссии, заодно прижал Евдокима Демидова, снизив цену на чугун. Промышленник позавчера прибегал жаловаться. Мол, жизни нет несчастному, душит его соседушка, поэтому попросил привилегии. И это Шереметев пока не развернулся, используя только мощности трёх старых заводов. Что будет дальше? Ещё сделку он провернул аки чародей. Это надо же, убедить Мосоловых продать якобы убыточные заводы, чтобы сосредоточиться на уральских предприятиях. Вот они и повелись на посулы, вроде денег заработали, но по факту остались в убытке. А ведь бунт Емельки Пугачёва тогда уже полыхал. Может, он чего знал?
Вопрос был задан с улыбкой, от которой невозмутимый глава Тайной экспедиции поёжился. В сделке с покупкой четырёх заводов в Калужском наместничестве действительно много странного. Договор был подписан за два месяца до известий о перекидывании восстания на уральские заводы. Получилось, что Мосоловы остались с деньгами, но у разбитого корыта. Восстановление уничтоженных производств потребует гораздо больше средств, чем выручка от продажи. Казна же им помочь не сможет. После затратной войны с турком и свалившегося как снег на голову бунта денег ещё долго не будет. Ведь есть ещё сотни помещиков, лишившихся своих имений и крепостных. И все они ринулись в столицу искать защиты и правды, то есть просить компенсацию.
Неожиданно Степана Ивановича посетила мысль, заставившая похолодеть. Он читал жалобу Евдокима Демидова, но пропустил несколько важных строк. Представитель великой династии опасается не только снижения цен. В конце концов, у него долгие связи с армией, закупающей металл для своих нужд. Промышленник писал, что опасается поглощения своих калужских заводов соседом, так как тоже временно лишился уральских владений. Шереметев же, наоборот, наращивает объёмы и через два года сможет купить половину Урала. Конечно, утверждение аллегорическое, но не отменяет очевидного. Граф со временем намеревается захватить русскую металлургию. Он уже начал прицениваться к Камским медеплавильным заводам тех же Мосоловых, пока ответивших отказом.