— Очень любопытно, — произнёс полковник на правах старшего. — Хорошие обычаи похожи во всех странах. Давайте же выпьем за них, господа.
Принц плавным движением опрокинул стопку, крякнул и закусил сыром. Чувствуется опыт, даже профессионализм. Фон Шика тоже долго уговаривать не нужно. Пришлось пить, а то сочтут какой-нибудь сволочью — прямо по Чехову.
Выпив, Изенбург сразу перевёл взгляд на пушки. Чую, что мы с ним сработаемся. Главное, чтобы мне не спиться.
Глава 12
Август 1775 года. Орская крепость. Российская империя
Из Оренбурга мы выехали на третий день. Обоз растянулся на полверсты: три десятка возов и телег, гружённых зерном, крупой, мукой, вяленым мясом, инструментом, боеприпасами и пушками. Конные бойцы ехали впереди и по бокам, расчёты сидели в телегах или шли пешком. Я ехал впереди, сразу за передовым дозором. Так глотаешь гораздо меньше пыли, которую поднимают десятки копыт. Скрип колёс, фырканье лошадей, топот, короткие переговоры — обычные звуки при движении крупного обоза.
Дорога до Орска шла на юго-восток, вдоль Яика. Вокруг степь — ровная, бескрайняя, как море. Ковыль, полынь, редкие кусты тальника. Вдали — нечастые рощицы. Небо высокое, бледно-голубое, с редкими облаками. Жара ещё не наступила, но солнце уже пекло по-летнему, и к полудню воздух начинал дрожать над землёй.
Степь жила своей жизнью. Суслики вставали столбиками у нор, свистели, предупреждая сородичей об опасности. Коршуны кружили в вышине, высматривая добычу. Вдали паслись табуны лошадей — диких или чьих-то, не разобрать. А может, куланы? Не помню, водились ли они в этих местах, пока животных не перебили. Сайгаки здесь точно есть. Только стада изрядно проредили из-за голодухи местные жители. Война просто так не проходит, в том числе для животных. Джейраны вроде тоже водятся, но за Яиком, в сторону Арала. Я не люблю охоту, но как вариант можно набить немного мяса про запас.
Люди почти не встречались. Пару раз попадались кибитки кочевников, неказистые и приземистые. Рядом паслись небольшие стада баранов и лошадей. Возле юрт суетились женщины в платках, дети бегали босиком по высохшей траве, мужчины в войлочных шапках и небольших папахах провожали караван настороженными взглядами.
— Ногайцы. Мирные. Они будто между молотом и наковальней, — пояснил Андрей Ефимов, наш проводник из яицких казаков. — На севере башкиры, с которыми они не в ладах. А через реку киргизы, эти тоже ногайцев недолюбливают. Раньше у них была большая орда, которую все боялись. Но её разбили калмыки. Проигравшие ушли за Волгу, осталось несколько слабых родов. Они жмутся к нашим городкам и станицам. Мстят им другие кочевники, припоминая прошлые унижения, когда их гоняли по степи, как сайгаков.