— Что это? Землетрясение? — закричал Филипп.
— Нет, — отрицательно покачал головой старший Гагарин. — Это пробуждается Скульптор. Нам лучше выйти наружу — здание может обрушиться. Одинокую планету ждет время больших перемен и потрясений — в переносном и буквальном смыслах.
Они спешно покинули лабораторию — пол ее ходил ходуном — и увидели, что старший Гагарин прав: поверхность Одинокой планеты менялась на глазах. Дальние горы оседали, словно кто-то там расправлял гигантское одеяло; трещины на равнине затягивались, холмы проваливались, впадины и ложбины, наоборот, выпрямлялись.
— Смотрите! — крикнул Филипп. — Пираты! Они улетают!
Действительно, из-за опускавшихся гор один за другим стартовали несколько космических кораблей.
— Скатертью дорога, — усмехнулся майор Гагарин. — Один пиратским гнездом меньше.
Горы тем временем окончательно разгладились. Затем в земле разверзлось несколько одинаковых круглых отверстий и оттуда начала вытекать раскаленная лава. Она разливалась по равнине, превращая ее в ровную поверхность.
— Когда лава застынет, — сказал старший Гагарин. — Это будет огромный энергонакопитель площадью в сотни тысяч квадратных километров.
— Нам пора, друзья, — майор Гагарин похлопал своего предка по плечу.
— Слушайте, — сказал Ричард. — А как мы будем возвращаться — нас ведь теперь пятеро?
— Да даже если бы нас было четверо, ничего бы не вышло, — тихо сказал профессор. — Скульптор уже изменил рельеф планеты, и мы не можем вернуться в точку прибытия.
— Не волнуйтесь, — произнес в этот момент глубокий, сильный голос. — В благодарность за совершенное вами я доставлю всех вас, живущих и смертных, в любую точку Галактики.
— Это кто? — заозирался Филипп. — Кто говорит-то? Голос… как будто прямо в голове звучит!
— Тихо ты! — шикнул на него Ричард. — Он там и звучит. Это же он… Скульптор.
— Да, ты прав, живущий и смертный, я действительно обрел себя и теперь должен выполнить свое предназначение, о котором вам знать не следует, — продолжил свою речь Скульптор. — Итак, назовите координаты точки, в которую мы отправимся.
Майор Гагарин обернулся к остальным.
— Ну что, друзья — на Землю?
— На Землю, — кивнул Ричард. Он, конечно, очень хотел попасть домой, на Персей, но сейчас Земля была в опасности.
— Приготовьтесь, — проговорил Скульптор. — Будет немного трясти.
В тот же миг вся Одинокая планета окуталась сиянием плазменного поля. Ричард смотрел на огромные молнии, ветвящиеся над его головой. А потом звезды сдвинулись со своих мест и понеслись куда-то, словно рой светящихся мотыльков.