— Не, договариваться с ними не будем. Это мафия такая, оттого и подмяли под себя всё, что не гнушаются ничем. — Просветил его Серёга. — Тут кто помимо них задумает по реке сплавится, так то пограбят, то убьют. А то и всё вместе. Достаточно на них нарыли уже, чтоб понять, что за публика. Ещё и Кузьма, спасший Маню, показания дает — закачаешься.

— Это которого она загипнотизировала? — Заинтересовался Захар.

— Какой гипноз, — поморщился участковый. — не было у неё времени и возможности, постоянно под приглядом была. В его случае обычная корысть роль сыграла, а именно награда в пять тысяч. И неудовлетворенность текущим положением в банде, то есть в скиту у староверов. Обучаемый попался и вменяемый, у нас опять же в больнице сколько лежал, хватило ума допетрить и правильную сторону выбрать. А может и да, эксперименты Мани над ним сказались. Короче, при медпункте он сейчас, просится на пмж в деревню. Понимает, что без нас его староверы достанут и показательно накажут. А нам он хороший повод для пиара, заплатим, пристроим к какому-нибудь делу, будет примером для других.

— Смотри, тебе видней, — делегировал полномочия Председатель. — лишь бы нам по весне транспортную артерию не парализовало.

— Не парализует, мы в этом году и не будем ничего сплавлять толком. Железо, что выделают, оставляют на сталь, а вот рейды на реке устроим. В лучших традициях борьбы с сомалийскими пиратами. — С угрозой пообещал Серёга.

Суворова всё таки определили в медпункт на обследование. Он как прилип к экрану телевизора, так не мог оторваться. На все увещевания о том, что нужно позаботиться о здоровье, с фатализмом отвечал: «Всё в руках божьих, сколько отмерено, столько и проживу! Отойдите, не заслоняйте!» Анатолий догадался и просветил Александра Васильевича, что у них не хуже телевизор есть, а фильмотека так даже больше. Сейчас лежал в палате, в которую ради такого поставили плазму. А Ермолова привела Маня, коротко сказав: «Надо!»

По результатам обследования Анатолий Александрович кратко проинформировал руководство деревни, что Суворов, на удивление — ещё достаточно крепок и бодр: «Вот она, теория естественного отбора в действии! Слабые умирали в детстве, а тех, кто выживал — ничем не убьёшь. Проблемы есть, не скрою, но мы сейчас кое что пофиксим, по остальному дадим рекомендации и препараты. Он в свои шестьдесят здоровей нашей молодежи! Подробностей не будет, врачебная тайна, но жить генералиссимусу ещё долго предстоит». С Маней Толян врачебной этикой не прикрывался, отчитался в деталях о Ермолове, заключив: «Хоть сейчас в ЗАГС!»