Обесценивать наши фантазии, воображаемые представления, возникающие образы – означает вновь «запирать Мерлина» в его «лесу». Способность создавать образы на основе всевозможных аспектов жизни – это черта, присущая лишь человеку. Воображаемые представления о чем-либо – это не плохо и не хорошо. От того, как мы обращаемся с инсайтами, зависит, какое влияние они на нас оказывают – позитивное или негативное. В фантазии мы создаем собственный мир, свое видение мира, свои отношения с людьми, с богом, с природой. Все наше восприятие всегда перемешано с нашими внутренними образами, с нашим воображением (даже когда мы думаем, что объективны, к нашему суждению всегда примешивается немного воображения). Поэтому ни в коем случае речь не идет об избегании имагинативных образов, наоборот, мы можем им доверять и детализировать их настолько, чтобы познать их законы и их вклад в наше восприятие действительности. В имагинативных образах проявляет себя не только наш сознательный мир, но и наше бессознательное. В них мы продвигаемся по пограничью, живем в двух мирах, формируем то, что нас путает, что нас радует, что нами движет; формируем и самих себя. Образы себя сильно влияют на наше самопонимание. Мы не создаем образы в воображении, в воображении мы только их воспринимаем.

Мы все знаем, что сегодня мечтательный, интуитивный взгляд на мир ценится намного меньше, чем строго логическое, четкое мышление. Конечно, существует опасность потеряться «в лесу»: фантазия может превратиться в фантастику, созерцание может вылиться в видения, уводящие нас из мира людей. Но и ясное мышление тоже может подвести, а там, где пригодилась бы интуиция или ощущение, четкое мышление никак не поможет. Как часто логическое мышление приводит к тому, что мы воспринимаем проблему как абсолютную, хотя на самом деле это лишь деталь более глобальной проблемы. Это зачастую приводит к тому, что мы находим решения, которые в конечном счете вызывают больше проблем, чем их устраняют.

Согласно легендам, Мерлин сыграл большую роль в жизни короля Артура. Если он является архетипической фигурой, то, возможно, он и сегодня является действенным, воплощая в себе, как «мудрый старец», мудрость человечества, способность к интуиции и предвидению человека, состоящего в связи с природой. Связь с природой является характерной чертой Мерлина, в его образе эта связь с природой очень подчеркивается. Он обладает способностью толковать жизнь, благодаря своей проницательности он дает нам надежду на то, что с жизнью можно справиться. Нам известны и другие персонификации «мудрого старца», например, Лао-цзы, но они меньше связаны с миром природы. Мерлин же полностью связан с природой. Говоря о том, что он воплощает в себе действенную силу воображения, я имею в виду, что все имагинативное у него обладает силой в ярко выраженной форме. Его можно представить себе своего рода шаманом, которые видели великие сновидения для своего племени и воспринимали великие образы для своих общин.