Я постучал по калитке. Подождал. Из-за дома вышел Митрич, в старых галифе, в нательной рубахе, в галошах на босу ногу. В руке тряпка, промасленная и темная. Чистил что-то, прервался на меня.

— Дмитрий Палыч, здравствуйте.

Он посмотрел. Не кивнул, не улыбнулся, посмотрел, как смотрит человек, привыкший оценивать прежде, чем реагировать. Тощий пацан у калитки, запыленный, в кедах, с серьезным лицом.

— Здоров. Чего надо?

— Дело есть. Можно войти?

Он посмотрел еще секунду. Потом сделал шаг в сторону, не приглашая, просто отошел с прохода.

Во дворе навес, под ним у верстака разобранное ружье. Двустволка, горизонталка, ТОЗ-БМ, шестнадцатый калибр.

Стволы вороненые, с маслянистым блеском, ложа ореховая, с потертостями у шейки, где ложится рука. Рядом, на тряпке, шомпол, банка с ружейным маслом «ВО», пакля, медная щетка для чистки стволов, промасленная ветошь. Митрич чистил ружье, и прервался из-за моего визита.

Но не ТОЗ-БМ привлек мое внимание. На стене сарая, на двух деревянных крюках, висело второе оружие. Короткое, с тонким стволом, с деревянным прикладом, однозарядная малокалиберная винтовка.

ТОЗ-8. Калибр 5,6 миллиметра, патрон кольцевого воспламенения, прицельная дальность двести пятьдесят метров. Классическая советская мелкашка, на которой выросли поколения стрелков, от «Ворошиловских стрелков» тридцатых годов до олимпийских чемпионов шестидесятых. Та самая, из которой стреляют на соревнованиях ГТО.

Митрич перехватил мой взгляд. Ничего не сказал.

— Дмитрий Палыч, — начал я. — Мне нужна помощь. Я готовлюсь к районным соревнованиям по многоборью ГТО. Одна из дисциплин стрельба из малокалиберной винтовки. У меня нет ни винтовки, ни доступа к тиру. Посему у меня предложение, я помогаю вам на охоте, буду носить, подавать, чистить оружие, что скажете. В обмен полчаса стрельбы в неделю. Патроны за мой счет.

Он слушал молча, протирая тряпкой ствольную коробку двустволки. Лицо неподвижное, глаза прищурены.

— Ружье чистить умеешь?

— Не боги горшки обжигали.

Пауза. Митрич положил тряпку на верстак. Достал из кармана пачку «Примы», вытряхнул папиросу, размял пальцами и закурил.

Затянулся, выдохнул дым, голубой, неподвижный в безветренном воздухе двора. Найда подошла, ткнулась носом в его колено, он машинально почесал ее за ухом.

— Патроны знаешь сколько стоят?

— Коробка рубль. Пятьдесят штук.

Он кивнул. Информация верная, патроны 5,6 мм, спортивные, «Олимп» или «Экстра», рубль за коробку в охотничьем магазине Сердобска. Я узнал в ДОСААФ, когда ездил за гвоздями.

— Рубль в неделю. — Он затянулся. — А на охоте серьезно можешь подсобить?