— Восемь. — глухо сказал Палыч.
Последнее, девятое. Руки не тянут. Мышцы выключились, как перегоревшие предохранители.
Сигнал идет из мозга, а мышца не отвечает. Я висел на перекладине, и руки не сгибались.
Тело не желало подниматься, холодная труба врезалась в ладони, бок пульсировал, в горле стояла пробка из кашля. Две секунды. Три.
Попытка тяги от лопаток, включить широчайшие, они еще работают, они крупнее бицепсов, у них есть запас. Тело пошло вверх, медленно, сантиметр за сантиметром.
До трубы осталось пять сантиметров. Четыре. Три.
Я остановился. Тело замерло, руки дрожали крупной дрожью, подбородок застрял в трех сантиметрах ниже трубы. Это проклятое расстояние в три сантиметра, на длину какой-то спичечной головки или полета божьей коровки, было непреодолимым, как пропасть.
Я разжал пальцы и спрыгнул с турника. Ноги подогнулись, но я устоял и выпрямился.
— Восемь, — сказал Палыч и записал в протокол.
Восемь. Норматив на золотой значок выполнен. Все ровно. Без запаса, страховки, на грани. Но блин восемь, а не девять.
Что там у нас дальше, метание гранаты?
Глава 19 Бассейн
Да, теперь метание. Мы пошли на поле за огородом, ровное, скошенное, с колышками на отметках двадцати пяти, тридцати и тридцати пяти метров. Я принес из сарая самодельный снаряд, бутылку с песком, весом семьсот граммов, обмотанную тряпкой.
Палыч посмотрел на бутылку. Потом на меня. Без улыбки и осуждения, просто посмотрел.
Вздохнул, повернулся и пошел к «Москвичу». Открыл багажник, достал деревянную учебную гранату, с металлическим корпусом, окрашенную в защитный цвет, казенную, с инвентарным номером, выбитым на рукоятке. Семьсот граммов, стандарт ГТО.
— На, — сказал он и протянул мне. — Протокол с бутылкой я не подпишу.
Граната тяжелая, непривычная по форме, совсем не бутылка. Центр тяжести смещен к головной части, рукоятка тонкая, гладкая, скользкая от утренней сырости.
Я перехватил ее, покрутил в руке, привыкая к балансу. Три пробных взмаха и рука запомнила вес, длину и момент инерции.
Стартовая позиция для метания. Левая нога впереди, правая сзади, корпус развернут вправо.
Граната в правой руке, рука отведена назад за голову. Разбег на три шага, сначала скрестный, потом подготовительный и наконец финальный. На последнем разворот корпуса, хлест руки, выпуск снаряда под углом сорок пять градусов.
Первый бросок разминочный. Граната улетела, кувыркаясь, и воткнулась в землю между двадцати- и двадцатипятиметровой отметкой. Двадцать два метра это слабо, далеко от нормы.
Теперь уже серьезнее. Полный разбег, разворот корпуса и на выдохе, хлесте руки мне прострелило бок.