— Дядь Толь.
— Ау?
— Спасибо.
— Свои сочтемся, я ж сказал. — Он махнул рукой и ушел на кухню. Через минуту я услышал чирканье спички, потом запах «Беломора», потом тихое шуршание разворачиваемой газеты. Радиоприемник продолжал бубнить, теперь уже о соревнованиях по тяжелой атлетике в Лиме, голос диктора едва-едва пробивался сквозь стенку.
Я снял рубашку и повесил на спинку стула. Расстегнул брюки, аккуратно сложил по стрелке, мать ушила их ровно вчера, надо не помять.
Майку оставил на себе, поверх горчичника, который к этому часу присох к коже почти намертво. Лег.
Диван продавился подо мной. Пружины заскрипели.
Я лег на спину, затем перевернулся на левый бок, на правом лежать не получалось, сильно болело. Подложил руку под голову, поверх подушки.
С улицы доносились звуки, неторопливо проехала машина, потом застучали женские каблуки по асфальту, где-то во дворе залаяла собака и сразу затихла. На лестничной клетке хлопнула дверь, послышались шаги вниз.
Из-за стены, у соседей, едва слышно играл патефон, что-то совсем старое, кажется, Утесов, «У Черного моря», потом стих.
Я закрыл глаза.
Глава 24 Стадион «Утро»
Прием несложный. Я его освоил в шестнадцать лет, еще на первых сборах в Подольске. Потом Сазонов рассказал как надо, подробнее.
Он учил, что за вечер до старта надо прокручивать каждую дисциплину, не как победу, а как технику. Кадр за кадром, как фильм, который смотришь в десятый раз.
Тело запоминает, нервы успокаиваются, утром ты выходишь на поле, как актер, который сто раз отрепетировал монолог. Не зацикливаться на мысли победить или постараться. Надо просто — «встать на колодки, оттолкнуться правой, через семь шагов перейти в подъем, на семидесяти процентах удержать дыхание».
Я начал с бега.
Представил стадион «Труд», шесть утра. Серо-черная дорожка из шлака, утрамбованного и присыпанного мелким гравием, в пятнах от дождя, по краю беговой бровки известковая разметка, кое-где стертая.
Старт по команде судьи, без колодок, с высокого положения. Два километра.
Кеды на ноге простые и серые, на резиновой подошве, без шипов, со сбитой пяткой на правой ноге.
Команда. Срыв. Первые сорок метров не торопиться, выйти из общей кучи, не врезаться в чьи-то локти.
Дыхание носом, на четыре шага вдох, на четыре шага выдох. Через сто метров на три-три.
Шаг короткий, частый, ноги мягкие, стопа ставится под центр тяжести, а не впереди, впереди ставит дилетант, он же тормозит самого себя на каждом шаге. Корпус чуть наклонен, руки работают вдоль тела, не поперек, а то развернутся плечи и теряется кпд.