— А вы, пожалуй, правы, есть такое более эффективное решение, можно вместо спиртовой настойки использовать масла, это и не такое раздражение даст и более приятно может оказаться для общего, так сказать, дыхания.

— Что ж, дальнейшие изыскания в этом направлении полностью в вашей области знаний, потому я не могу здесь с вами соревноваться.

Мы присели на уже привычные кресла у окна.

— А знаете, Иван Иванович, какой фурор это изобретение произведёт в обществе?

— Догадываюсь, — осторожно подтвердил я слова Рума.

— Только здесь ведь и деловой подход необходим, верно?

— И здесь с вами соглашусь.

— Ведь купеческие глаза быстро приметят данное изобретение, а уж повторить им ничего стоить не будет.

— И что же вы предлагаете? — я уселся в кресле поудобнее.

— Думаю, что у нас может быть одно несомненное преимущество перед купеческим сословием, по крайней мере здесь, в отдалённых, так сказать, территориях. Ведь кто такой купец для человека из общества? Оборотистый? Правильно! Но вот так ежели в целом, так сказать, он кто? Да тьфу и растереть, человечишка подлый, козявка разжиревшая из черни. Даже ежели он раздобреет от сытости и достатка, но родовитости ведь не прибавит ни на волосок. А вот аптечное дело, это не купечья лавка, здесь господа, привыкшие к приличному и учёному подходу, здесь у общества приличного совсем иные резоны имеются. Так-то вот дело-то обстоит, а нам оно и вполне кстати… — Рум сделал рукой обобщающий жест.

— Вы предлагаете начать продавать зубные щётки здесь, в аптеке?

— А почему же и нет! Именно здесь. Нигде в другом месте мы не получим другую такую удачную возможность это изобретение и торговать, и вообще в привычку приличного общества вводить.

— Почему-то я думаю, что именно так нам и следует поступить, — спокойно подтвердил я мысли Модеста Петровича. — Мне, ежели уж откровенно, именно потому и показалось важным вас посвятить в своё… изобретение, что аптечная полка кажется самым подходящим местом для развития сего дела.

— Благодарю, Иван Иванович, благодарю… Ну, а что касается доходной части…

— Модест Петрович, вы меня извините, но уверен, что здесь мы с вами разберёмся с доходной частью уже при начале дела, а сейчас я несколько по другому поводу хотел с вами поговорить, — я сделал паузу.

— Может чаю? — Модест Петрович встал и показал на чайничек, который стоял у него на широком рабочем столе.

— Не откажусь.

Рум принёс на столик возле наших кресел чайничек и две чашки, разлил напиток. Я сделал небольшой глоток. Чай был вкусный и душистый, явно в букет входил чабрец или что-то на него похожее.