Посему прошу благословения и верного указания, дабы можно было привлечь сих колодников и арестантов для работ по строительному благоустройству при соборной Петропавловской церкви барнаульского посёлка, о чём прошу дать соответствующую грамоту к Начальнику Колывано-Вознесенских казённых горных производств с вернейшим уверением в государственной важности сего дела.

С великим радением о делах нашего духовного ведомства и надеждой на верное расположение к нашим заботам о духовном наставлении лиц преступного содержания, протопоп и благочинный церквей при барнаульском заводском посёлке Анемподист Заведенский'.

— Вот так-то… — удовлетворённо откинувшись на спинку кресла пробормотал протопоп Заведенский, — Вот так-то… Эй, Никифор, — позвал он дьячка.

— Да, батюшка, благословите, чего изволите? — моментально просунулся в дверь Никифор, чувствуя свою пренепременную необходимость сидеть под дверями и ожидать, а при первом призыве быть в услужении.

— Ты это, узнай, когда у нас почтовая карета отходит, надобно мне одно письмо важное отправить…

— Будет исполнено, батюшка, да только известно мне, что вчерась карета ушла, а следующая будет через неделю. Да и будет ли, сие неизвестно точно, ведь развезло дорогу-то, весна нынче вона какая жаркая да ранняя… Ну, ещё вам, батюшка, известная купечья почта есть, но они деньгу затребуют, их никаким наставлением здесь взять не получается… — сокрушённо покачал головой Никифор.

— Купечью не надобно, и казённая сгодится, но чтобы не пропустить! — строго наказал протопоп.

— Да разве ж я не понимаю, батюшка, разве ж я…

— Ладно, ладно, иди уже, — махнул рукой Анемподист Антонович и дьячок исчез также быстро, как и появился до этого.

* * *

Я крутил в руках отшлифованную плашечку. Небольшая, пятнадцати сантиметров в длину, пять миллиметров толщиной и в полтора сантиметра шириной, из берёзы, хорошо отшлифованная она удобно держалась в руке и напоминала ручку обычной советской зубной щётки. Да, в общем-то, щёткой это и должно стать…

Вчера зашёл проведать в лазаретную Архипа и немного поговорили. Рядом с его кроватью на небольшой табуреточке стояла банка с золой.

— А это у тебя что здесь такое? — взял я банку и покрутив в руках вопросительно посмотрел на Архипа.

— Так как же, зола это, Акулина вот принесла, для пользы, говорит, чтобы, когда поутру умываешься, вот золой их и прочищаешь.

— А Акулина-то у тебя прямо заботливая, — улыбнулся я и поставил банку обратно на табуретку, — Слушай, а как ты это… пальцем что ли начищаешь?

— Так, а как же, пальцем, все так и делают… — он приподнялся на локтях и сел на кровати, — А кто-то и мочой полоскает, или известью вот… Только мерзко как-то из отхожего места-то… — Архип поморщился. — У нас, помнится, это самое, была одна травница, так она этот рецепт… мочевой настойки, вот она его и к рукам прикладывать при волдырях давала, только мне не по душе такое лечение, а уж чтобы в рот совать, — он поморщился.