— Мне под фонограмму не нравится, — поморщилась подружка. — Будто народ обманываю.

Какая похвальная добросовестность.

— Ну а кто им виноват что заранее не договорились? — пожал я плечами. — Не переживай, «обман» — это когда только рот открываешь, а мы же петь по-настоящему будем. И вообще мероприятие бесплатное — и для нас, и для них, а у нас вообще-то каникулы. Нормально, короче.

Доев, подкатил к пионервожатой, ввел в курс дела и попросил позвонить. В столовой телефон нашелся, я набрал номер, продиктовал «трек-лист», заодно попросил привезти мне по сотне всех моих книг, столько же пластинок, и мы с песней отправились на «свободное время» длиной аж в три часа.

— Пойдем с парашютом прыгать! — предложил Чжуён — командир группы «героев».

Его подопечные порыв поддержали.

— Я боюсь! — позорно слилась Оля и покинула нас, куда-то отправившись с отрядными девчонками.

— Кто с нами? — спросил я мужскую часть отряда.

Никто не отказался, и мы отправились к парашютной вышке.

— Когда мы узнали о том, что произошло в Японии, мы просили многоуважаемого Семена Федоровича дать нам лодку, чтобы мы могли отправится туда и покарать этих предателей, — по пути поделился новостью Чжуён. — Мы по-настоящему счастливы тому, что вам удалось уцелеть, Сергей.

— Японцы — всего лишь рабы своих продавшихся капиталистам элит, — начал я урок ментальной гимнастики. — В своем слепом поклонении фашисту-императору японский народ не видит истинного положения вещей, вместо радостного труда во имя процветания Родины вкалывая на старых фашистов, думающих только о своих кошельках. Сейчас в мире сложилась ситуация, которая делает невозможной освобождение японцев военным путем — это неминуемо закончится обменом ядерными ударами между нами и США с последующим уничтожением всего мира. Поэтому мы должны обуздать ненависть и играть «в долгую», своим примером показывая новый, более лучший способ жизни. Если для этого нужно улыбаться проклятому Хирохито — я буду это делать. Если нужно пустить их капиталистов на наши земли — мы это сделаем. Кто-то может посчитать это предательством коммунистических идей, но так может сказать только погрязший в иллюзиях догматик. Марксизм-Ленинизм и вытекшие из него учения — в том числе славное Чучхе — это в первую очередь наука. А развитие — неотъемлемая часть науки. Когда наука перестает развиваться, довольствуясь прошлыми достижениями и не проявляя гибкости, она превращается в набор лишенных смысла ритуалов, основанных на древних догмах. Как можно ее назвать в этом случае?

Корейские товарищи загрузились, и, пока они думали, я быстро оттарабанил то же самое на русском — для соотечественников, попросив не отвечать на вопрос.