— Успокойтесь, товарищ, — улыбнувшись с интересом внимающим пенсионеркам, я покинул их стол. — Со взяточниками разбираться мы и пришли. Дадите список граждан, которые вам по госцене хорошие продукты отгружать отказываются?
— А, это ты, — узнав, хищно ощерилась директриса. — Не врут, значит?
— Не врут, — поддакнул я и показал корочку. — В кабинете вашем поговорим?
— Сразу бы сказал, что Ткачев пришел, — обиженно покосилась она на дядю Витю. — А то КГБ, КГБ! — передразнила. — Знаем мы ваше КГБ — через день заявления строчу, что туда, что в ОБЭП — никакого толку, зато «проверяльщики» на глазах жиреют!
— Разберемся, товарищ, — пообещал я. — Давайте не будем мешать обедать уважаемым дамам.
— Приятного аппетита, — выплюнула директриса в сторону пенсионерок, и мы пошли в ее кабинет.
— Как вас зовут?
— Юлия Павловна, — представилась она. — А я не верила — где это видано, чтобы дети взяточников ловили? А ты внук оказался, — указала наверх. — Вот и до наших краев добрался, и слава богу! — размашисто перекрестилась. — Меня за сигналы уже в море утопить грозились, заявление на увольнение написала, думала в кооператив и идти — у меня подруга парикмахерскую уже третью открыла, вот, звала бухгалтером, я умею, но знаешь как душа болит? — обернулась и посмотрела на меня увлажнившимися глазами. — Не за себя — за народ! У нас столовая всегда образцово-показательная была, а теперь вон — даже картошку водой разбавляем, люди плюются, жалобы строчат, — слезы покатились полным ходом. Достав платочек, она высморкалась. — А я ничего сделать не могу! — жалобно попросила. — Ты уж на них управу найди, Сереженька!
— Найду, — пообещал я.
Собственными руками советский общепит задушил, получается. Ничего, переходный период всегда сложный, и вот такое — детский лепет по сравнению с тем, что случилось в моей реальности.
Глава 16
Написав список и присовокупив к нему свои пространные пояснения, подписав составленный Андреем Викторовичем протокол, Юлия Павловна отвела глаза и тихо сказала:
— Товарищи, когда вы уйдете — я позвоню. У меня дети.
— Звоните, — одобрил я. — Скажите правду — пришли КГБшники, надавили, как вариант — начали душить и грозить тушить о вас окурки. Но про меня — ни слова, обычная проверка районного масштаба. Договорились?
— Договорились, — просветлела она.
— С продуктовой базы номер три начнем, — посмотрел я на Андрея Викторовича.
Понятливо кивнув, тот набрал номер и запросил усиление по протоколу «спрут». Попрощались с директрисой и на машине добрались до цели, увидев груженный ящиками с абрикосами (сейчас как раз их сезон) ЗиЛ и его водителя, громко стучащего в закрытые ворота с табличкой «Закрыто на переучет»: