— А почему в совхоз ее не взял?
— Из чувства мести, — улыбнулся довольный добрым делом я. — Она меня за почерк ругала.
Глава 3
Вернувшись домой, закинул пирожки «дядям», сходил домой отчитаться о своем прибытии перед семьей, и, качая на коленках успешно привыкшую ко мне заново Алёнку, порадовал маму новостью:
— Дом моды нам согласовали.
— Я и не сомневалась, — отмахнулась она.
Взяв паузу, чтобы сделать «в ямку — бух!» и похихикав вместе с сестренкой, добавил:
— Мы с Виталиной сейчас кое-чего снимем — это часа на полтора-два — и я вернусь, будем платье мастерить. Завтра с утра вылет, так что нужно успеть.
— Успеть-то успеем, но может лучше выспишься? — проявила заботу родительница.
— Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы… — начал я цикл заново. — Да чего там высыпаться — и так семь часов лететь, с двумя дозаправками — в Свердловске и Владивостоке. Выспаться — за глаза. И еще пояса часовые — в семь вечера в Токио прилетим, сразу в посольство — поужинать и дальше спать. Мне так даже лучше будет. В ямку — бух!
Как мало маленьким человекам нужно для счастья! Смеющаяся Аленка вдруг замолчала и принялась кряхтеть.
— На горшок! — мама среагировала быстрее меня, отобрав сестренку и усадив какать как положено.
— Кроме того — торопиться нужно, — добавил я. — Потому что не позднее августа мы должны подать заявку на участие в Нью-Йоркском показе моды в феврале 71 года.
— Нью-Йорк⁈ — ахнула мама.
— А чего нам? — с улыбкой кивнул я на старающуюся на горшке Алёнку. — Делать — так по-большому.
Каламбур родным зашел «на ура». Отсмеявшись, мама спросила:
— Туда, наверное, за деньги пускают?
— За деньги, — подтвердил я. — Триста тысяч за лучшее время показов в течение всей недели…
— Долларов⁈ — схватилась за голову родительница.
— Сережа… — кашлянула в кулачок Эмма Карловна. — Может нам и двух дней хватит?
— Извините, Эмма Карловна, но это моя валюта и моя мама.
И как так вышло, что в этой семье только у меня хватает силы духа перечить «матриарху»? Приемная бабушка сжала губы в нитку, и слово взяла старательно давящая панику родительница:
— Сережа, а если я не потяну?
— Потянешь, — отмахнулся я и улыбнулся. — Да ты не переживай, эти вложения за первую пару месяцев отобьются — что мы, тысячу платьев не продадим?
— Тысячу? — почти мистическим шепотом уточнила мама.
— Мы же не ширпотреб будем гнать, а высокую моду, — развел я руками. — А за высокую моду бесящиеся с жиру богачи готовы выложить даже не триста баксов, а несоизмеримо больше. Это я так, по-минимуму взял — потом точно решим, ориентируясь на итоги показов. Да хватит! — тяжело вздохнул, увидев, что успокаиваться мама и не думает. — У нас же куча ручных суперзвезд мирового масштаба есть. Один раз условная Света из АББЫ твое платье наденет на буржуйский прием — всё, «жены-трофеи» чисто из обезьяньих побуждений захотят такое же: это же прямо невыносимо, когда у кого-то есть, а у нее — нет!