Глаза Димы полезли на лоб.

— Потому что если «зазвездятся» и начнут откалывать социально-осуждаемые вещи, прилетит в первую очередь мне, потому что я к тебе пришел, а не взял проверенных, отобранных МинКультом исполнителей.

Музыкальный руководитель не стал задавать тупорылых вопросов формата «а почему уверен, что слава будет?» — я уже давно этот уровень перепрыгнул — и порадовал взятой паузой на размышления, в ходе которых я немножко стебался над Вилкой:

— Спорим тебя мама тоже в ГУМ потащит?

Мы сегодня вечером всей семьей туда идем — мама твердо вознамерилась к свадьбе приодеть меня в максимальное буржуйское «лакшери». Сделаю для родительницы исключение, а дальше опять буду в «Большевичке» ходить.

Виталина помрачнела.

— «Ой, Виталинушка, эта кофточка на тебе будет смотреться просто изумительно»! — спародировал я мамин голос.

— Может мне уволиться? — вздохнула она.

— Сигнал «терпеть»! — скомандовал я.

— Сережа, я в своих товарищах уверен — мы с ними с первого класса вместе, — решился Дима.

Это я так — попугал немножко, для солидности, а по факту мне ничего не будет: от человеческого фактора никто не застрахован, все это понимают, и падшего музыканта просто заменят на нормального. А чего он наисполнять может кроме беспорядочных половых связей и алкоголизма? На большее музыканты как правило не способны.

— Понял, — кивнул я. — Пошли я тебе репертуар выдам — три тестовых песни, вы их освоите, и, скажем, числа десятого апреля устроим прослушивание. Успеете?

— Три песни за неделю? Да запросто! — заверил он меня и тут же обнулил собственный посыл. — Партитуру бы посмотреть.

Виталина со слышимым только мне смешком (лицо при этом — непроницаемо-серьезное) вынула из сумочки требуемое.

Дима пролистал, помычал под нос, попробовал напеть текст.

— Быстрее нужно, — влез я.

— Примитив! — прихлопнул он ладонью листочки и испугался, что я сейчас обижусь и свалю. — Нет, я имел ввиду…

— Имел ввиду «примитив», — безжалостно оборвал я его. — И ты совершенно прав — примитив. Но «примитив» — не синоним «плохой песни».

— Верно, — облегченно подтвердил Дима.

— Тогда пошли к инструментам, запишем вам «шаблон».

— Идем! — радостно подскочил он.

Вручил музруку гитару, и мы, потратив по полчаса на каждую песню, слепили ужасающего качества демки. Надо бы озаботиться оборудованием для себя, любимого: ГДРовская техника — это хорошо, но ведь всегда можно «достать» что-то получше.

— Вот это песни! — радовался распробовавший новинки Дима, провожая нас на выход. — И у Худсовета никаких вопросов не возникнет, и музон офигенный!