Горько вздохнув, аккуратно подложил под руку подушку. А что я сделаю? Первым делом — спрошу у родного деда прямо, когда меня к нему привезут — уже совсем скоро. Соврет? 50/50, как и везде, впрочем. А пока… А пока мне от Вилки просто крышу сносит.
Соечка — тихий, ласковый, теплый ручеек. Вилка — грёбаное, густо замешанное на гормонах, цунами. Долбаная биология, ненавижу! Можно мне переехать в стальной хромированный корпус? А? Надо было в будущее попадать? Не, это сразу в исторический музей работать определят экспонатом, типа как Фрая в «Футураме» сажали.
Просмеявшись, посмотрел на звездное небо за окном. Уважаемая вселенная, очень прошу, пусть все сказанное Виталиной — на самом деле правда. С другой стороны: чисто по-человечески я буду рад, если нет — как не дави жалость, а сердце все равно леденеет, когда представляю, через что она прошла. Я ведь знаю половинку процента, максимум, а какие еще жуткие вещи скрываются за абстрактной «подготовкой»? Ой, всё, пустопорожним размышлениям — бой! Быстро спать, малолетний сотрясатель планеты!
Глава 20
С утра, проводив Таню в школу, а отчима на работу, примерил пиджак — годится! — и немного повоспитывал маму на тему «почему так важно закрывать дверь на замок». Добившись понимания, оделся в костюм старый, дождался пришедшую в новеньких импортных сапожках и стильной тонкой оправе (сразу +1000 к внешнему виду) Вилку — маму не хочет обижать, вот и надела подарки, и мы поехал в Московский горком — знакомиться с членом политбюро Виктором Васильевичем Гришиным.
— Мрачный ты какой-то сегодня, — заметила Виталина.
— Не выспался, — отмазался я.
— Снилось что-то? — подставилась она.
— Ты, — честно ответил я. — В сладких эротических снах. Не делай так больше.
Вилка рассмеялась:
— А я-то чего? Я чужими снами управлять не умею!
— Какая недоработка! — расстроился я.
— Виктор Васильевич нам нужен, Сережа, поэтому постарайся произвести хорошее впечатление, — посерьёзнев, выдала инструкцию Вилка.
— Что значит «нужен»? — сымитировал я возмущение. — А остальные члены высшего государственного правительственного органа, получается, «не нужны»? Неуд тебе за политическую подготовку, агент Вилка!
— Я тебе не Аджубей, — даванула она меня взглядом.
Не сработает — и покруче «давили», я ё*нутый, мне плевать.
— А что Аджубей? — поиграл я в дурачка.
— «Кал»! — процитировала Вилка, и, отпустив, руль, прикрыла ладошками рот и спародировала мое детское хихиканье.
Вернув руки на место, продолжила:
— Это вот так у тебя получается вверх карабкаться?
— Просто показываю людям то, что они хотят увидеть, — пожал я здоровым плечом. — Я же родился в конце прошлого лета, у меня личного в голове — с гулькин нос. Пустота, — горькая усмешка.