— Можно, — смиренно вздохнул дед.
— Почему при Сталине понимали, что финансовый контур — это замкнутая система, и бесконтрольно вливать в нее денежную массу чревато инфляцией, дефицитом, и, как следствие — набуханием черного рынка, поэтому даже в чудовищно тяжелые послевоенные годы постарались как можно быстрее выплатить Госбанку наделанные за время войны долги. Итог мы видим — экономика замечательно работала. А теперь долг Госбанку все время растет. Уверен — тамошние работники уже давненько бьют тревогу?
— Это — не моя сфера ответственности! — раздраженно потер ладонями щеки дед.
— Так государство в опасности, товарищ председатель! — на дал я ему слиться. — Не переживай, проблема эта — чисто как с крепостным правом: прямо сейчас оно мешает, тянет вниз, но вроде все нормально, печатаем деньги дальше. Не пять, не десять лет ничего критичного не произойдет, но десятка три лет — и страну ждет коллапс. К тому же — чем позже начать менять ситуацию к лучшему, тем тяжелее будет.
— Это тебе Судоплатов рассказал?
— Говорит, что у него в университете об этом все знают, но все молчат.
— И как, б*ядь, работать, когда все молчат? — грустно вздохнул Андропов.
— Решай проблемы, государев человек! — грозно приказал ему я.
— Ремня бы тебе выписать за антисоветчину! — мечтательно протянул он.
— А ты анекдоты про себя знаешь?
— Это какие? — оживился дед.
— А что будет, если Андропов возьмет пример с Ежова? Ежоповщина!
— Ну это не смешно, — не оценил он.
— Собралось политбюро обсуждать, почему все их секреты сразу же становятся известны за границей. Заперлись, задраили окна, сидят, обсуждают. Тут через полчаса Андропов просится в туалет. «Нет, нельзя». Еще через 5 мин. — стук в дверь. «Что такое?» — «Да тут ВВС передало, что вы Андропова в туалет не выпускаете, так мы ему утку принесли».
Этот анекдот деду понравился. Подождав, пока он просмеется, спросил:
— А еще есть комплиментарные. Например: «Слышали — Андропов руку сломал?». «Кому?». Это ты их сам распускаешь?
Дед сморщил фирменную кислую рожу:
— Это — чей-то подхалимаж, и мне от него неловко.
Постучав валенками по крыльцу, прошлись по ним веником и зашли в пахнущий свежесваренными щами дом.
Андропов мне без дураков нравится — и как человек, и как исторический деятель, но как же я устал за эти дни!
Глава 8
— Мы эхо, мы эхо — мы долгое эхо друг друга…
[https://www.youtube.com/watch?v=mtJhefuFG4s&ab_channel=RussiaAnDy ]
Это тоже из «Марсианина» — он дописан, и меня попросили исполнить саундтрек, чем я и занимался последний час. Музыка и мальчишеский голос стихли, и стало слышно шмыганье вытирающих глазки платочками Агафьи Алексеевны и Клавдии Ильиничны. Андропов держался лучше, но проняло и его.