— Безоружные группы китайской молодежи нарушают границу, по льду переходя Амур. Наши пограничники их выталкивают и не поддаются на провокации.

— Мао что, совсем конченный?

— Мы в его глазах — предатели идеи мировой Революции и империалистический хищник, — пояснил дядя Саша.

— Что делать планируете?

— Юрий Владимирович предлагает объявить масштабные учения по Дальневосточному военному округу, китайцы демонстрации силы понимают и уважают.

— Это хороший вариант, — одобрил я.

— С ним согласны не все, — покачал головой куратор. — Не хотят накалять обстановку, чтобы не спугнуть Никсона.

— Типа его подручные тут не при чем! — фыркнул я. — Но больше мне добавить нечего — дед уже все придумал, а на старших товарищей я никак повлиять все равно не могу. Но можно подогнать туда пожарные машины и поливать из них китайцев крепко перченой водой. Да, на улице холодно, но любовь к Мао и преданность идеям мировой революции их согреет.

— Больше тебе знать пока ничего не нужно, — покивав, закончил небогатый брифинг дядя Саша.

— Не ощущаю полезности для Родины, — прислушавшись к ощущениям, поделился ими с куратором.

— Не в сказке живем, — нейтрально ответил КГБшник.

— А очень хочется, — вздохнул я.

Въехали в Москву — «усадьба» тоже на Северо-Западе, но значительно дальше нашей дачи, которой мама заниматься еще даже не начала — и по пустым ночным улицам доехали до нужного дома.

— Я быстро! — пообещал я и пошел будить Вилку — сейчас как раз ее смена.

Открыл, к моему удивлению и легкому недовольству, еврейский молодой человек.

— А где Виталина? — спросил я.

— Ее родители в Воронеж сослали за грехи! — ухмыльнулся «дежурный».

— Душит система! — вздохнул я, он посторонился, и я набрал подарков с большим запасом — очень уж быстро разлетаются, а себе — зубной пасты, и вернулся в машину.

— Поехали!

Добрались до дома, я пожал дяде Саше руку, оставил ему для передачи стенографистам три бутылки коньяка и пошел наверх, «оживая» с каждой секундой. Наконец-то можно расслабиться, пусть и в разумных пределах — к этому я уже привык.

Дверь привычно не заперта, а вот в коридоре — совершенно неожиданная в это время суток мама с трубкой телефона в руке, одетая в теплые штаны и куртку рядом с хмурым, накинувшим пальто поверх майки и потешных семейных трусов в цветочек, прислонившемся к стене Судоплатовым. А почему так холодно? Градусник разбили и проветривали?

Дядя Толя заметил меня первым и тронул тараторящую в трубку маму…

— Да, Екатерина Алексеевна, повезло, что участковый в гости пришёл. Я же сегодня с утра миску орешков со вареной сгущёнкой напекла, так мы на кухне сели, чаю тут попили. Рассказал мне кто у нас тут проживает в доме. Уже и уходить собрался, а тут звонок в дверь…