Без этого… Тоже можно было бы, да только тогда я приду, как человек, который прогнулся. А если ты прогнулся один раз, то тебя можно гнуть дальше, до последнего, пока ты не сломаешься, и не отдашь все, что у тебя есть.

Да. План в этом. Но сперва нужно поправиться, потому что я собираюсь участвовать в этом лично. Лучано не пачкал руки кровью, а вот я могу вполне. Мне это не претит. Более того, это поднимет мой авторитет. А тут можно и Дженовезе задействовать, он точно не откажется пролить кровь. Пока что он мне нужен.

То есть сперва врач, чтобы он посмотрел мои раны. Потом два-три дня отдыха, пока Дикси не решит вопрос с полицией. Скорее всего, придется самому посетить участок и все рассказать. Не раскрывая имен, естественно — омерта, ее нарушать нельзя. Дождаться вердикта — будут они предъявлять обвинения или нет. Если не станут, а они с большей долей вероятности не будут этого делать…

Вот тогда я нанесу ответный удар.

С этими мыслями я и лежал на кровати. Сон не шел. Курить тоже было нечего, Мей не позаботился о сигаретах, как и о еде, хотя жрать хотелось неимоверно. Оставалось надеяться, что он привезет не только доктора, но и еще что-нибудь.

Наконец я услышал, как в дверь постучали. Сбросил ноги с кровати, схватился за нее и медленно встал. Потом рывок к стене, взяться за нее, и я медленно пошел на выход из комнаты. Винни сидел на диване, спал, и ничего не слышал.

Ну да, он на дежурстве весь день, а потом еще и по голове получил. Надо бы отправить его отдохнуть. Хотя нет, пусть остается тут же, выспится, места на двоих тут хватит определенно. Потому что он — тоже цель, он знает, где я нахожусь. И если на Лански напасть они определенно побоятся, потому что он — слишком важная фигура, и атака на него — это однозначная война с евреями, то взять рядового парня — вообще не проблема.

— Винни, — приговорил я. — Винни.

Он дернулся, открыл глаза, уставился на меня. Взгляд тут же стал виноватым, он явно корил себя за то, что заснул. Ну ничего, это ладно, тут любой слабину бы дал. А когда тебя по голове огрели, ждать вообще больше нечего.

— Простите, мистер Лучано, — проговорил он. Парень явно боялся меня. — Я просто… Устал.

— Все нормально, парень, — ответил я. — Я не спал. Все хорошо. Пойдем, откроем дверь. Это Мей должен приехать с доктором.

Я двинулся дальше, вдоль стены, продолжая сжимать в правой руке «Кольт». Винни тоже поднялся, взял свой Браунинг — теперь, в свете лампочки я его рассмотрел, это был «тысяча девятьсот третий», и он действительно был чертовски похож на советский ТТ.