По большому счету, осень в Японии не увядала, а взрывалась фейерверком. Склоны полыхали багрянцем, золотом и медью. Клены отдавали всю свою кровь листьям, — те падали на тропу шёлковыми платками и хрустели под сандалиями. Казалось, сама земля дышала краской.

Мы не спешили. Нобуро шёл впереди, его посох отстукивал неторопливый ритм. Я следовал за ним, неся ранец ои — тяжёлый и набитый добром. Шкура медведя, свёрнутая в плотный рулон, давила на плечи. Внутри лежали клыки, связки сушёных трав, пучки кореньев, несколько листов бумаги для письма и маленькие мешочки с порошками, которые Нобуро называл «помощниками духа». Всё это было нашим богатством. Нашей надеждой на соль, сталь и ткань.

Каждый день начинался с тренировки. Нейра будила меня до рассвета, когда мир был залит синим молоком тумана.

[

05:00. Подъём. Частота сердечных сокращений — 58. Оптимально. Приступим к утреннему комплексу.

]

Она проецировала в угол зрения полупрозрачные схемы: скелет в движении, подсвеченные мышечные группы, углы сгибания суставов. Я делал приседания, отжимания от мокрого камня, отрабатывал удары боккэном по воображаемым точкам в воздухе. Дыхание становилось ровным и глубоким, а тело разогревалось и просыпалось.

Нобуро часто наблюдал за мной, сидя на корточках у маленького костра, на котором уже кипел чайник. Он не комментировал мои странные, отрывистые движения, лишь иногда кивал — мол, вижу, работаешь.

— Горы — лучший учитель, — говорил он позже, когда мы уже шли. — Они не говорят. Они просто есть. А ты учишься быть частью их. Видишь тот мох на северной стороне камня? Он всегда толще. Значит, там больше влаги. А значит, и грибы рядом искать стоит. Видишь, как птицы летят низко над ручьём? Значит, будет дождь. Они чувствуют тяжесть в воздухе.

Он был ходячей энциклопедией этого мира. И Нейра жадно впитывала каждое его словои подтверждала сказанное:

[

Мох рода Hypnum. Действительно, индикатор микроклимата. Птицы — вероятно, белоглазки. Их поведение коррелирует с падением атмосферного давления. Вероятность осадков в ближайшие 4 часа — 78%. Рекомендую проверить крепление шкуры от влаги.

]

Мы ночевали под открытым небом. Расстилали шкуру на подстилку из папоротника, разжигали маленький костёр из сухого кедра. Ужин всегда был простым: вяленая оленина, лепёшки из желудевой муки, горсть кислых ягод умэ. Нобуро жевал медленно, с закрытыми глазами, будто разгадывал вкус…

— Каждая трава несёт в себе послание, — говорил он однажды вечером, разминая в пальцах сушёный лист. — Вот это — кудзу. Оно даёт силу и согревает изнутри, как маленькое солнце в животе. А вот это — гёку. Охлаждает кровь, когда жар подступает к голове. Врачевание — это не просто смешивание отваров. Это разговор с духом растения. Ты должен почувствовать, что ему нужно, и что нужно тебе. И найти точку, где ваши потребности совпадают.