Полина зажмурилась. Её жизнь подходила к концу.

И было бы очень здорово сейчас умереть от разрыва сердца, чтобы этот страж не смог покуражиться над ней напоследок.

— Как же меня достали незваные гости! — бубнил старик. — Дожили! Девка! Человечья девка!Такого не было никогда! Что ж, за твою смелость я награжу тебя самой мучительной смертью! Такой, что красный дом покажется благословением извечного Тумана! И никому даже в голову не придёт искать пропавшую княжну в моих пещерах! Никогда! Девка без толики чар! Добрый!

Край его хитона начал тлеть из-за полыхающего в пыли факела, и Небулапариунт отступил, ногой притопнув загорающуюся ткань. Его дочь посинела от холода. И вдруг мрак вокруг собрался в зернистую, копошащуюся, словно рой пульсирующих смоляных капель, мглу, и между висящей Полиной и стариком с девочкой выскочил громадный, мускулистый Зверь Тумана.

Он не был облачным. Чёрный силуэт в три метра высотой воплотился, им была сама зернистая мгла.

Из груди старика вылетел вопль, он отпрянул к самой стене.

Странным образом тёмный зверь осветил пещерный коридор тусклым зеленоватым светом, и стало видно даже статую замершего навеки сына последнего Небулапариунта вдали.

— Уходи! — прокричал со страхом старик. — Мы не звали тебя! Нам ничего не нужно!

У Полины пропали и голос, и возможность дышать. Она хотела обратиться к Зверю, попробовать прямо сейчас, но из горла не вырвалось даже хрипа.

Оно на миг повернуло к ней морду, безумную, фантасмагорическую пасть с тремя длинными раздвоенными языками, и снова всё, вздымающейся громадой, придвинулось к старику.

А потом пещеру заполонил потусторонний, низкий рокочущий глас:

— Ты опоздал! Желание гостьи уже загадано, глава Первородных! — зазвучало всюду, забегало эхом по стенам, словно говорил не зверь, а сам остров. Полина расширила глаза, не веря собственным ушам, не смея принять, что всё действительно получилось. — Твоё время между реками Тумана вышло, — грохотал Зверь. — Гостья умалила последнюю жизнь в тебе. Твой путь оборвётся, когда желание будет исполнено. Поторопись. Истрать оставшиеся часы на то, чтобы привести в порядок свои дела. Твоя долгая жизнь пришла к своему завершению.

Старик с высохшей рукой смертельно побледнел, вжимаясь в скалистую стену, а девочка прижала ладошки ко рту и попятилась: он выпустил её из стальной хватки.

Зверь медленно повернулся к застывшей Полине. Зернистая мгла копошилась роем кошмара, и только очи горели дымным зелёным огнём.

— Ты хочешь воссоединиться с Пушинкой? — замогильно молвило оно, и клубы пара вырвались из пасти вместе со словами, будто это змеи-языки выпускали его.