Зигрид Небулапариунт их обнаружил. Но князь был так зол, он был в таком отчаянии, что, может быть, даже смог бы победить…
И стали бы рождаться девочки, бесконечные про́клятые судьбой девочки. Рождаться, чтобы страдать…
И вот тогда Эднара д’Эмсо окончательно сошла с ума.
Забыла своё прошлое, заблокировала его напрочь. Стала Полиной. Любящей матерью для своей драгоценной дочери Пушинки, которая ждёт там, в мире Земли, не придуманном, а настоящем, единственном возможном. Ждёт, и к ней нужно только вернуться. Обязательно вернуться и позаботиться о ней…
Зверя Тумана больше не было.
И придуманный мир стал всего лишь сказкой, каковой и был всегда.
— Не плачь, Пушинка! — взмолился послушок Аполин. — Давай я принесу тебе молока с печеньем и расскажу сказку? Если мы постараемся, об этом никто не узнает…
Глава 22 Расплата по счетам
Может быть, и хорошо. Избавившись от бредового состояния, она по крайней мере поняла, что действительно нужно сделать. Бросив поиски решения, как удрать в придуманный мир.
Если бы не помрачение, и желание Зверю она бы загадала совсем другое. Но это разовый шанс. Теперь, когда Эднара вспомнила своё прошлое, быль о Звере Тумана тоже воскресла сполна.
Лишь глава Первородных, тот, чью жизнь поддерживает и чьей жизнью в то же время питается Зверь, волен загадывать желания бесконечно, потому что его ограничивает само его существование, урезаемое каждым воплощением чьего бы то ни было чаянья. Иные могут обратиться к Зверю один-единственный раз.
Но можно обойтись и без древних колдовских тварей.
Кстати, интересно, кто станет главой рода теперь? Если Зигрид Небулапариунт сгинул без наследника. Земли достанутся жене, а сила? Кто получит вечную жизнь, если сумеет охранить свои владения?
Эднаре не суждено этого узнать.
Она не успеет.
— Не нужно печенья, малыш. И тебе не нужно со мной говорить, это для тебя опасно, — сказала младшая княжна д’Эмсо, прижимаясь к послушку Аполину всем телом в последний раз. — Я могу попросить тебя об одной, но очень большой услуге?
— Конечно, Пушинка! Всё что угодно!
— Спрячь княжеский волнас и создай на его месте такой же, но без золота.
Аполин отстранился и внимательно поглядел в её глаза.
— Что ты задумала?
— Тебе не нужно знать, чтобы не быть в том виноватым.
— Не надо, — пискнул послушок, и его глазки наполнились слезами.
— Почему? — со странной улыбкой спросила Эднара. — Так я, по крайней мере, принесу что-то хорошее своей семье.
— Пушинка… — дрожащим голосом выдавил гномик.
— Сделай это, пожалуйста. Но желательно не сразу, а когда отец за мной пошлёт. Иначе всё может открыться. Это дополнительный риск, к сожалению. Но я буду очень признательна тебе за помощь. Больше мне не к кому обратиться. Бинарус сдаст меня с потрохами, как и Сюй. Ты — нет.