— Прекрасно, это просто прекрасно! — замаслился Вигнард. — Первым делом следует почистить стойла одомашненных перевёртышей, мой друг, — видимо наслаждаясь каждым словом, объявил старик. — Там скопилось очень много нечистот. Я освободил слуг от обязанности вывозить всё это: к чему утруждать трудовой народ, если вы можете быть так любезны, князь.

Отец Эднары переменился в лице.

— Вы пригласили меня и мою дочь, чтобы почистить стойла? — ядовито-ледяным тоном уточнил он.

— Нет, что вы! Кроме того, у меня целый свиток задач! Или вас что-то не устраивает? Вам, кажется, и самому требовалось посетить мои владения. По поводу ссуды. Или я ошибаюсь?..

* * *

— Старый мерзавец! — шипел князь д’Эмсо сквозь зубы на лужайке, пока они с Полиной шли за лакеем по имени Томас к вытянутому деревянному строению, приближение к которому пахнуло волной неприятного запаха экскрементов. — Какая низость — самоутверждаться за счёт благородных особ! Что он вообще о себе возомнил⁈ Князь! Да какой он князь⁈ Просто богатый простолюдин! У меня, по крайней мере, есть две дочери, а он даже на это не оказался способным до срока! Если бы не предки, денег бы ему тоже было не видать! Всех дочек этого рода наперёд нарожала его матушка, Эднара! Семнадцать дочерей и единственный сын, как тебе такое⁈ Благословлённые Туманом Вигранды! И где теперь этот богач, семя которого не способно зачать вовремя даже ублюдка? Ничего, время рассудит! Будущее покажет, кто правит бал! Этот толстосум подохнет верхом на своих мешках с золотом, и никто даже не вспомнит о том, что его род существовал в Междуречье!

Услышав слово «золото», семенящая рядом Полина навострила уши.

Итак, они во владениях местного богача, который покупает магию, ссужает деньги и куражится над нищей знатью, чтобы потешить своё уязвлённое самолюбие?

— Какая вонь! — с отвращением проговорил князь. — Нужно покончить с этим быстро.

И он протянул руку Полине с брезгливостью.

Процессом очистки руководил князь, именно он направлял силу. Полине оставалось только смотреть, как нечистоты тают, а потом — как по указанию Томаса ещё крепятся сломанные стойла, летит с полей и сохнет в сено скошенная трава, как наполняется огромная бочка с водой, как заживает копошащийся червями гнойник на боку привязанной к балясине коровы, которая, едва рана пропала, обернулась чем-то вроде пурпурной чайки, тут же взмахом крыльев затянувшей оказавшуюся на ноге хитро завязанную бечеву.

— Из дрессированных, — пояснил Томас. — Особенно ценная. Обращается по звукам разных музыкальных инструментов. Пойдёмте, нужно устранить сырость в подвальной кладовой, а потом залатать крышу в правом крыле. В оранжерее засорилась оросительная система, в малой гостиной труба камина едва пропускает дым от сажи. А ещё…