Рим молчал, очень четко понимая теперь, что именно чувствует карманный воришка, когда его поймали за руку. Отпираться или объяснять что-то было совершенно бесполезно, и он, глядя прямо в восторженные глаза Ксена, заявил:
— Этого никто не знает, Ксен. Даже я. Мы не возражали против ритуала потому, что люди к нему привыкли, и не стоит их тревожить раньше времени. Может быть, она признала меня, — улыбнулся он, тряхнув рукой и потревожив бабочку. — А может быть, это просто бабочка, которая здесь летала. Больше не нужно видеть в каждом действие знамения или волю богов — мы уже здесь.
По ступенькам лестницы так и спускались: впереди те, кого помазали кровью, а замыкали процессию Рим без пятна на лбу, поддерживающий Ксена. Разумовский просто боялся, что потерявший чуть не литр крови жрец навернется в обморок.
Еще дней шесть Ксен приходил в себя после ритуала, соблюдая только какие-то необходимые ему лично обряды. На седьмой день с утра была назначена поездка в столицу.
Глава 11
Перед выходом, недовольные Чук и Гек тянули жребий. Короткую палочку вытянул Гек и был отправлен на корабль с напутствием:
— В общем, расскажешь ребятам что здесь и как. Местным еще раз покажешь дорогу, ну, чтобы продукты отнесли. Ксен обещал, что с этим проблем не будет. И помни: второго корабля у нас нет. Никакого спиртного. Спать по очереди.
Рим помолчал, и, как каждый перестраховщик, добавил:
— Ну, и с бабами поаккуратнее. Понятно, что мы для них экзотика и вешаться на вас будут, но все же…
Выдвинулись довольно большим караваном.
Бойцы и Давид, Ксен и Кент, десяток рабов, несущих поклажу, и больше двух десятков воинов, призванных охранять «кортеж». Почти половина из них вела с собой собак довольно мерзкого вида. Среди «компании» редким изяществом выделялась молоденькая девушка-рабыня, на которую, ласково улыбаясь и чуть ли не облизываясь, посматривал Кот.
Рим оглянулся на загруженных людей и поморщился: тащить рабов с собой не лучшая идея, да и вояки ему были не нужны. В случае опасности, они справятся сами. Просто на этом континенте еще нет сил, способных противостоять лазерному оружию. Но это был тот пункт, на котором категорически настоял жрец.
— Друг мой, вы поедете на своих чудесных животных, а может быть, даже, у вас есть способность перемещаться мгновенно. Но поверь, никто в столице не станет с нами разговаривать, если я приду не с рабами и воинами, а как жалкий нищий проситель.
Рим вздохнул и согласился. У него не было выбора. И теперь вся эта толпа медленно тащилась по дороге, вызывая раздражение.