Экран книги светился, она торопливо листала свою библиотеку, выискивая необходимое.

-— Вот на, читай. Полина Ром. «Два лика Ирэн» называется.

-— Я думал у тебя здесь любовный роман… Подожди, Анжел, ты хочешь сказать, что все сведения в любовном романе почерпнула?

-— Да он и не очень-то любовный, — с каким то сожалением в голосе ответила Фифа. -— Вот интересно пишет, но про любовь совсем мало…

Мужики переглядывались, не понимая, как к этому относиться. Настолько бредовой им казалась мысль, что в бабском романе может быть что-то кроме розовых соплей. Впрочем, особо дел на вечер и не было, потому, как только Рим взял книгу в руки, Цинк достаточно требовательно сказал:

-— Знаешь что, командир… Читай-ка ты в слух.

Фифа завозилась на кровати, устраиваясь поудобнее, и сообщила:

-— Точно, читай вслух! Я с удовольствием еще раз послушаю!

Рим читал вслух минут пятнадцать, потихоньку тупея. Лица Цинка и Быка становились все более постными. Какая-то жалостливая история про какую-то бабку… Ну померла она, ну вселилась в дочку лорда и с похмелья мужика бульоном отпаивает — нормальная бабская лабуда, но где же здесь нужная информация?!

Наконец Рим потерял терпение:

-— Слушай, Анжел, книга, конечно, шикарная. Я потом обязательно все прочитаю. Но ты не могла бы найти для нас… Ну, хотя бы, где про прививку от оспы говорится?

Фыркнув, Фифа забрала у него книгу и несколько минут быстро листала, что-то бормоча себе под нос. Поставила в книге несколько «закладок» и вернула электронку Риму:

-— Смотри вот тут и вот тут. Прямо все очень подробно.

«Вот когда леди Ирэн прокляла свою беспечность! Ей казалось, что, сделав прививки жителям замка, ну, по крайней мере, большей части рабочих и солдат, она может жить в безопасности. Не волноваться за себя и детей. Но ведь видела же она при дворе тщательно замазанные на лицах придворных уродливые шрамы и выгнившие рытвины. Видела и на улицах из окна кареты обезображенные лица.

Она давно знала, что оспа никогда не уходит совсем. Болезнь тлеет в домах нищих и вельмож, но иногда даёт сильные вспышки. И тогда косит всех незаболевших до сих пор. Стоило бы ей побеспокоиться об отце и брате! Самый большой страх она испытала за мужа, но как раз здесь-то и получила удивительную новость: лорд Стенли перенёс оспу в двадцать с небольшим лет.

— Не помню точно, Ирэн, сколько мне тогда было. Это случилось в тот год, когда пэрами был принят закон о поголовной вариоляции всех солдат и матросов.

— Поголовной?!

— Каждый, кто смог себе позволить такую трату, просто откупился. Святой отец в селе, где мы стояли, тогда, помнится, грозился проклясть лекаришку. Но лекарь получил приказ из самой столицы, потому и брал столь высокую сумму за риск. Если бы узнали, что он не выполнил приказ, ему бы не поздоровилось. Правда, ему эти деньги не помогли. Он умер через месяц после того, как надрезал мне руку. Себе он сделать такую штуку не рискнул.