Глава четвертая Монеты и шатер удовольствий
— Альвар, это б-была Богиня Смерти? — голос целительницы Луаны дрогнул от волнения.
— Ну да, она, — подтвердил я, не понимая причины такого волнения собеседницы, находящейся сейчас на грани истерики. — А что тут такого? Наша старая травница умерла, вот богиня и пришла за ней.
— Что такого??? — Луана аж закричала в голос, испугав лежащую на койке гоблинскую девочку и стоящую в растерянности посреди шатра молодую преемницу Фелны. — Я уже несколько лет работаю целительницей и видела десятки смертей. И старики уходили, и израненные воины, и женщины иногда не могли разродиться, а родственники слишком поздно вызывали жрецов Матери-Живицы. Но никогда прежде на моей памяти Мара не приходила лично за умершими и не разговаривала с находящимися рядом! Ты же знаешь, что чести видеть небесных богов вживую удостаиваются лишь единицы из людей, и всех их потом называют святыми!
Я рассмеялся и ответил, что в таком случае сам уже давно святой, да и Луана теперь тоже. Как святой стала и вон та перепуганная гоблинская девочка, что сидит на кровати с открытым ртом. А уж сколько святых теперь проживает в том месте, где Морана приходила за мной в прошлый раз, вообще не сосчитать. Целое село! Но вот новая травница Зельда не удостоилась такой чести, поскольку упустила свой шанс и не заметила Морану, даже кощунственно прошла сквозь богиню.
— Это вовсе не смешно, Альвар! — обиделась юная собеседница. — Нельзя шутить над такими серьёзными вещами! Нет, не верю. Не могло такого быть, чтобы та странная женщина была Марой. Богиня Смерти ведь слишком важная и занятая, чтобы являться лично, и за неё это делают бесчисленные слуги. Или душа сама уходит на небеса. А уж случая, чтобы Мара приходила за душами орков, и вовсе в церковных текстах не припомню. Орки же шаманисты, поклоняются духам-защитникам и не верят в истинных богов…
— Не знаю, не знаю. В Смерть орки верят, это факт. И очень уважают её, — припомнил я разговоры с шаманами и другими членами племени. — Да и розданные мной амулеты «благословения богов» орки носят с особой гордостью, и ни разу я не слышал, чтобы Костолом или Хуго Проворный усомнились в существовании богов. Как и эльфийка Диасса Ловкая Лань, кстати, тоже не сомневается в существовании богов и действенности их божественных благословений. Да и кикимора Кирена, хотя с ней проще — её знакомый домовой Хельмут бывал в обители Богини Смерти и видел всё своими собственными глазами. Самой же Смерти, насколько понимаю, абсолютно без разницы, человек ли там умер, орк или вообще русалка. Хотя… насчёт русалки всё же не уверен. Она как-никак нечисть, а есть ли у нечисти душа, или её заменяет демоническое ядро, вопрос спорный. Но вот орки, люди, эльфы и гоблины — разумные существа с душами, и все они могут умереть. Так что богиня Морана заботится о всех них, чтобы круг жизни не прервался.