Момент на самом деле был историческим, и впервые в первобытном орочьем племени Жёлтой Рыбы с его примитивной торговлей лишь бартером появились живые деньги. Большинство бойцов вообще не поняли, что за кругляшки им выдали, и что с ними положено делать. Но нашлись и те, кто объяснил остальным, благо я проинструктировал некоторых орков заранее.

Медная монета — это большая кружка пива и закуска в таверне посёлка Горбуна, а чуть позже и в строящейся прямо сейчас корчме на старой орочьей дороге. Или десяток выкованных кузнецом гвоздей. Или красивый букет для любимой женщины у торговки цветами в посёлке Сильной Девы. Две медные монеты — это сытный вкусный ужин для воина и его семьи в трактире или корчме, чтобы вечер запомнился, а дети были счастливы. Отрез красивой ткани или дюжина беличьих шкурок у ремесленников. Слиток железа для изготовления чего-то нужного у кузнеца. Ну а три монеты… про такое бойцы шептали друг другу на ухо, думая что вождь не в курсе и наверняка запретит, если узнает… это посещение «шатра удовольствий» в гоблинском посёлке Фиолетовой Рыбы, где миловидные зеленокожие девушки «с низкой социальной ответственностью» снимут усталость бойцу и поднимут ему не только настроение.

Наивные! Я не только прекрасно знал про «шатёр удовольствий», но даже являлся его совладельцем. Как был и совладельцем таверны, и строящейся по моему велению корчмы на территориях Сильной Девы. Впрочем, инициатива создания места, где молодые парни смогут отдохнуть и сбросить напряжение, как ни странно, исходила вовсе не от меня. Немолодая лопоухая женщина-гоблин по имени Урика, выбранная соплеменникамимэром посёлка Фиолетовой Рыбы, сама пришла ко мне с подобным предложением. У гоблинов критически не хватало всего: от еды до тканей и материалов для строительства. Так что сперва мэр пришлапродать часть жителей в качестве слуг в другие посёлки или бойцов в армию, намереваясь избавиться от лишних ртов и заодно получить за них какую-то компенсацию. Я эту инициативу не поддержал, хотя находящуюся на грани отчаяния женщину-руководительницу внимательно выслушал.

От неё и узнал, что порядка семи-восьми молодых и раскрепощённых девушек её посёлка численностью в двести пятьдесят жителей занимаются проституцией, причём эта услуга пользуется стабильной популярностью как у гоблинов, так и у орков. Мэр об этом знала, но закрывала глаза, поскольку жрицы любви приносили в лагерь столь необходимую еду и другие товары. Урика и предложила мне как вождю узаконить такой вид деятельности в её посёлке. Запрещать древнейшее ремесло смысла никакого не было — всё равно бы продолжили это занятие, но только уже где-нибудь на болотах и тайно. Но вот организовать бизнес более цивилизованно и с пользой для племени всё же стоило. Так и возникла идея «шатра удовольствий», и мы с Урикой обговорили все условия, как и регулярные инспекции целительницы в это заведение для проверки жриц любви на предмет дурных болезней или беременности.