Возможно, я бы и поддался в итоге, тем более что Януся была достаточно миловидной и весьма напористой. Но вот присутствие поблизости русалок Лереи и Винеллы, которые из реки с расстояния всего трёх шагов наблюдали за этим необычным представлением и давали мне советы один другого пошлее, как-то не способствовало возбуждению и уединению. Что интересно, человеческая девушка русалок не видела и не слышала, как не видела и домового в дверях домика, и огромного чёрного ворона на крыше сушилки для рыбы. Но я-то всю эту нечисть видел! И в столь неподходящий момент чужое присутствие в непосредственной близости напрягало и сбивало с настроя.

Закончилось всё достаточно предсказуемо — примчался отец Януси вместе с двумя её старшими братьями, причём все трое были злыми и с дрекольем в руках. Я еле успел дать указание опасному древню пропустить незваных гостей, иначе могло случиться непоправимое. По-видимому, увиденное троицу прибывших удивило и расстроило, поскольку Януся всё ещё находилась при одежде, да и молодой рыбак вовсе не тискал в домике на койке «пропавшую невесть куда дочку и сестру», а был занят сооружением во дворе коптильни для рыбы. Прибывшие извинились и увели «непутёвую». Проследившая за ними кикимора Кирена мне потом рассказывала, что на обратной дороге к деревне родственники попрекали расстроенную и едва не плачущую девушку за то, что не справилась с простейшим заданием и не охомутала перспективного парня. Русалки же потом обидно хохотали весь вечер и обсуждали случившееся вместе с приплывшими на шум хвостатыми подругами. Лерея так и вовсе глумилась больше всех и предлагала мне свои услуги, когда «наберусь-таки смелости сблизиться с женщиной». Я старался не обращать внимания на их подначки, хотя конечно насмешки над моей неопытностью и задевали.

* * *

И вот на пятый или на шестой день (без календаря тут сбиться было весьма легко, особенно при одинаковых, похожих друг на друга днях) я снова пришёл в деревню с очередной партией рыбы. И сразу же обратил внимание на запряжённую двумя кобылками большую крытую повозку возле домика старосты Демида. Неужели долгожданные купцы прибыли? Я поскорее избавился от половины улова, передав рыбу постоянным покупателям, и поспешил в дом старосты.

В сенях меня встретил угрюмый незнакомый мужчина в плотной кожаной куртке, поверх которой для большей защиты ещё и была надета кольчужная безрукавка. Длинный меч в ножнах на поясе не оставлял сомнений в том, что вижу перед собой я вовсе не сельского труженика. Охранник купеческого обоза? Вооружённый мужчина смерил меня недовольным взглядом, однако пропустил в дом.