Потрясённая такими откровениями Варья открыла было рот, но так и закрыла, ничего не сказав. Похоже, мечта девушки о сундуке монет таяла просто на глазах. Рассказчик же горько усмехнулся и решил напоследок всё-таки приободрить совсем уж скисших попутчиков.

— Но вообще на второй раз в армии было попроще. В самое пекло мы не попали, просидели три года в дальней крепости Алатырь-Кала в скалах на границе с Королевством Трёх Братьев. Молодой принц Альфонс, который ещё королем тогда не был, но отца свихнувшегося уже сменил, всё боялся, что враги на нас с тыла нападут, пока основная армия воюет где-то далеко. А соседи сами нас боялись, так что всё тихо на границе было. Разве что голодно. Про наш дальний гарнизон все походу забыли, так что обозы с провиантом не каждую седьмицу приходили. Но это всё равно лучше, чем штурмовать крепости под градом стрел и гибнуть от вражеских заклятий. Потом нас сменили, и мы вернулись в тренировочный лагерь, а затем и вовсе столицу охраняли. Отъелись, отдохнули, а там уже и война закончилась. Выдали мне на руки одиннадцать серебрушек и отпустили домой. В бирке же моей выжгли метку, что нахожусь я в резерве и должен быть призван в королевское войско при следующей войне. Дома же за то время, пока отсутствовал, и мать умерла, и у хаты крыша обвалилась, и от хозяйства ничего не осталось. Да и кому я вообще нужен был в деревне со своими застарелыми болячками и шрамами, когда здоровых и молодых мужиков хватает? Вот я и запил с тоски. Но теперь хоть снова королю пригожусь!

Я не сдержал грустного смешка. Одиннадцать серебряных монет за пять лет королевской ратной службы… А до этого ни шиша награды и куча ранений за восемь лет трудной и опасной военной кампании… Ну такой себе размен, на мой взгляд, и Альвар Везучий своё прозвище едва ли оправдывал. Признаться, после рассказа сельского пьянчужки сбежать из тренировочного армейского лагеря мне захотелось пуще прежнего. Вот только подготовиться к побегу нужно было со всей тщательностью, чтобы не истекать потом кровью после жестокой экзекуции и не качаться на ветру на виселице.

* * *

— Подъезжаем, — по каким-то только ему понятным приметам объявил бывалый ветеран, выглянув в решётчатое окошко. — И даже на ужин кажись успеваем. Но мой вам совет, салаги, будьте очень осторожны тут в лагере. Отморозков и ворья здесь хватает, особенно тех, которых из тюрем выпустили. Так что берегите ценные вещи и ни с кем старайтесь не цапаться, даже если вас задирают. А на твоём месте, Варья, в одиночку я бы даже в сортир не ходил, поскольку насильников тут тоже хватает.