— На кой? — оглядел себя Дивин. — Нормально выгляжу. Ни пьяный, ни драный. А что до потертостей, так нормальная фронтовая одежка. Пусть видят, что мы показухой не занимаемся, а воюем по-настоящему, без дураков.

— Надо, чтобы выглядел празднично, а не по-фронтовому, — Багдасарян погрозил Григорию пальцем. — Сказал же, завязывай придуриваться. Наденешь новую гимнастерку, подворотничок соответственно, свежий, сапоги надраишь до блеска, ордена-медали все привинтишь. И своим архаровцам то же самое прикажешь. Чтобы ни одного «махновца» на аэродроме при гостях и близко не было. Понял?

— Да чего уж там, — тяжко вздохнул экспат. — Спасибо, что не приказали траву покрасить.

— Товарищ капитан!

— Уже бегу, — неспешно двинулся к выходу из столовой Дивин.

В составе прилетевшей на «дугласе» делегации оказались как англичане, так и американцы. Аж два многозвездных генерала, трое полковников, столько же подполковников и четверо майоров. А еще с ними прибыло два переводчика. Ну и, само собой, высокое начальство из штаба армии. Громова среди них не наблюдалось, но один из его заместителей со свитой из пяти офицеров разного ранга сопровождал союзников в их поездке. Прикрывали во время перелета всю эту шумную и крикливую толпу сразу десять «лавочек». Что мгновенно добавляло весьма высокий статус прибывшей делегации, ведь за сошек рангом помельче так сильно никто бы не переживал.

Гости сразу же развили бурную деятельность. Казалось, их интересовало буквально все. Фигуры в мундирах непривычного цвета и кроя мелькали и в самолетных капонирах, и в мастерских, и возле КП. Союзники дотошно исследовали то, как организована боевая работа полка. Вопросы сыпались как из пулемета, переводчики реально зашивались, пытаясь успеть за ними.

Дивину тоже порядком досталось. Хромов, лицемерно улыбаясь, представил Григория как лучшего летчика полка, известного всему фронту. И предложил гостям получить у капитана всю интересующую их информацию. А те обрадовано накинулись на экспата, будто голодные акулы на неосторожного купальщика. И уже совсем скоро он почувствовал, что гимнастерка на спине промокла от пота, словно он крутится под огнем «мессершмиттов». Только здесь не свалишь в облака. Так что пришлось изрядно постараться и удовлетворить любопытство союзников. И в плане материально-технической части, и тактической.

Сухопарый подполковник особенно подробно выспрашивал Григория о приемах штурмовки. И никак не мог поверить, что русские летчики часто атакуют противника на бреющем полете или на предельно малых высотах. Недоверчиво качал головой и с сомнением поглядывал на переводчика, будто пытаясь уличить того во лжи. Потом останавливал взгляд на обгоревшем лице экспата, многочисленных орденах и вроде бы соглашался. Но тень сомнения нет-нет, но мелькала в его глазах.