А еще мама уже не следила за собой, как раньше. Плюнула на появляющуюся седину, перестала подкрашиваться и дома ходила исключительно в застиранном халате. Ее нарядные платья так и остались пылиться в шкафу.

Мы с бабушкой, как могли пытались развеселить маму. Таскали на прогулки, чуть ли не насильно отправляли в кино, в парк, просто погулять и развеяться. Бабуля, помню, даже как-то запихнула маму на какие-то танцы для тех, кому за… Там унылые мужички и одинокие дамы изо всех сил пытались найти себе партнера по жизни.

— Иди, иди, Зин! — чуть ли не в спину толкала она родительницу. — Не кисни дома! А то совсем с ума сойдешь!

Мама послушались и сходила пару раз, чтобы не обижать бабулю. Видела, как та старается. Пообщалась немного с седовласыми мужичками, которые очень «хотели наследника» в свои шестьдесят, из вежливости с кем-то разок потанцевала и напрочь отмела сальные предложения пойти в холостяцкую берлогу «на чашку кофе». А вернувшись домой, попросила бабулю больше никогда ни с кем ее не сводить.

Делать было нечего. Бабушка моя повздыхала, поохала, да и согласилась, смирившись с маминым выбором. Она, признаться, и сама была однолюбкой. С тех пор, как похоронила моего деда, ни на кого смотреть не могла. Так и жила вдовой.

Ушла мама в мир иной, не дожив двух дней до своего пятидесятилетия. Надолго опередила бабушку. Так, видать, и не смогла смириться с утратой своей первой и единственной любви. А отец даже не пришел, чтобы ее проводить…

* * *

А сейчас вполне себе не старый родитель, который изо всех сил изображал, что ничего «такого» вовсе даже не случилось, вдруг подошел ко мне вплотную и попытался обнять.

Надо же! С чего это вдруг такое проявление отцовских чувств?

Я отстранился, резко сделал шаг назад и поморщился, учуяв запах перегара.

Отец в нерешительности остановился. Не ожидал, видать, такой реакции… Хотя чего ему было ожидать? На катке я тоже к нему с распростертыми объятиями не кинулся.

А я вдруг вспомнил, что во время нашей прошлой встречи отец тоже был навеселе. И изрядно навеселе. Но тогда понятно — Новый Год, все дела… А сейчас-то какой повод? Вроде даже не пятница. До конца недели еще далеко.

— Присядем, за жизнь потолкуем! — нарочито весело предложил родитель.

— Ну пойдем! — согласился я со вздохом.

Походу, блудный батя от меня просто так не отвяжется. Поболтаю я с ним, пожалуй, пару минут для вида и побегу обратно, трескать на ужине макароны по-флотски. Пусть отец считает, что свой долг «воскресного папы» он выполнил. Не хватало еще, чтобы на КПП снова заявился дежурный офицер Ланской и услышал наши с ним разборки. А заодно и запах спиртного учуял…