А вот ночью мы терли с пацанами на самые серьезные темы. За жизнь то бишь. О том, какие парни нравятся девушкам. О том, как сложно в наше время найти верную девчонку. О том, куда поступать после окончания училища… И все в таком духе…

Сейчас уже началась подготовка к ноябрьскому параду. А посему на неделе нас гоняли «тренировать коробку» от забора до обеда. И мы, завалившись в койки, засыпали почти моментально. Пятки болели нещадно. А в ушах еще какое-то время звенели хриплые команды прапора «Синички».

Но сегодня никакой строевой не было. Довольные и румяные пацаны, вдоволь нацеловавшиеся с девушками и отведавшие мамкиного борща и ситро из автомата, вернулись из увольнения. А кое-кто, кажись, и ситро не ограничился. Я живо смекнул, что Зубов сегодня, кажись, мужчиной стал. То бишь винца попробовал… Больно уж взбудораженный он был. Будто на ежа сел. А когда Димка подлетел ко мне и выхватил трубку из рук, я учуял несильный, но стойкий запах.

Идиотус обыкновениус… Учи, учи, а в итоге одни двойки! Понимаю, конечно, что с «Рондо», который освежает дыхание и облегчает понимание, суворовцы семидесятых не знакомы. Но хоть елкой-то мог зажевать!

Повезло еще, что Ланской нас с Димкой на КПП не застукал, когда мы вернулись почти одновременно и едва не опоздали. Если б учуял запах — точняк устроил бы разнос обоим. Ему — за «синюю дыню», а мне — за то, что вице-сержант, а посему за все в ответе…

— Че такой кислый, Тим? — пристал Димка к одному из близнецов, скидывая шлепки и устраиваясь на кровати. — Анекдот на ночь будет?

Все никак не угомонится.

«ТТ-шки», то есть близнецы Белкины, например, имели привычку перед сном всенепременно рассказывать нам какие-нибудь анекдоты. Поначалу они пробовали было развлекать нас лагерными страшилками про черную машину, красное пятно на стене и гробик на колесиках. Но эта шняга никому не зашла. Мы все же уже не дети были. Страшилки были никому не интересны.

А вот поржать мы всегда были «за».

У совершенно одинаковых братьев в загашнике суворовского мозга всегда был припасен десяток новеньких анекдотов. Причем они каждый раз рассказывали новый. Где Белкины пополняли свою энциклопедию, я ума не приложу. Интернета-то в нашем мире еще нет… Да и в библиотеке фиг найдешь справочник с историями про Вовочку, русского, поляка и немца и армянское радио…

Даже замученные полировкой плаца, близнецы не засыпали, не рассказав какую-нибудь хохму. А сегодня — и вовсе без анекдота засыпать не полагается. Строевой не было, никто не устал. Напротив, все счастливые и довольные после долгожданного увала…