— А это как? — включился я в расспросы.

— Одевались цивильно, — раскуривая трубку, продолжал старый Дорохин, довольный тем, что его слушают. Курил он только трубку. Ни сигареты, ни папиросы не признавал. — Костюмчик, ботиночки, все дела… Приходили в банки, терлись и «срисовывали» тех, кто кредит получает. С виду такой «гражданин, товарищ, барин» и не похож на ворье. Ни за что на него плохого не подумаешь! Это вам, ребята, не шпана с Лиговки. А потом такой «костюмчик» кому-нибудь донышко портфеля бритвой «чик»! — и все!

— А еще, я слышал, «понты» какие-то были! — я вдруг вспомнил про еще один вид ворья. О нем нам с Витькой старый полковник поведал во время посиделок на даче, когда мы уже служили вместе в органах.

— О! — Витькин дед многозначительно поднял палец. — Молодец, Андрюх! Точно! «Понты»!

— А что это? — живо полюбопытствовал Витька.

— Работа на публику это, Витек! — полковник помолчал, затянулся, выпустил несколько красивых колец дыма и продолжил: — «Понт» — это липовая драка. Народ же наш охоч до представлений! Собирались по двое — и давай мутузить друг друга! А где двое, там и пятеро… И пока народ глазеет, у всех кошельки-то и подрежут…

Еще бы! Тогда ж ни смартфонов, ни ноутбуков не было. Ни даже «видаков», где можно посмотреть боевички с гнусавым переводом… Хочешь поразвлечься — смотри живой «экшн»! Вот ротозеи и собирались поглазеть, как мужики друг друга мутузят. А в это время специально обученные люди заботливо облегчали им карманы.

— А я еще кое-что вспомнил, дед! — радостно воскликнул Витька, довольный, что на этот раз в точку попадет он, а не я. — Еще «Вася, давно не виделись!».

Да, точно! И такой вид кражи был. И в двадцатых, и позже… И сейчас есть.

Когда я только-только начинал службу в органах, мы его называли по-другому: «Володька, зачем усы сбрил?». Старо как мир: подходишь на улице к незнакомцу, желательно — к какому-нибудь совершенно на вид олуху, и начинаешь орать: «Володька, давно не виделись! Сколько лет, сколько зим! Как жена? Как дети? Ох ты ж, какой ты вымахал!». И пока «Володька» вяло отмахивается: «Гражданин, да я не Володя, я Дима…», карманчики-то у него можно обнести…

Тем временем вернулся дядька Дорохина. И когда мы уже чуток перекусили, а старшие Дорохины — приняли для проформы на грудь и разомлели, я будто невзначай завел разговор:

— Валерий Игнатьевич… А вы не слышали случаем? Какая-то банда в Москве, говорят, орудует…

— Говорят, кур доят… — не очень охотно ответил Витькин дядька. — Ты меньше слушай.

Конечно же, ему на работе велели помалкивать. Чтобы, так сказать, панику не наводить. Но я-то знаю, как людей разговорить. И всего через полчаса у меня на руках была вся необходимая информация.