— Прошу, прошу, — повторял он, свято соблюдая традиции кавказского гостеприимства. — Идем на кухню, мэста хватит. Стол накрыт!

Татаренко уже находился на кухне, глотал слюну в предвкушении. Жора и сам пожрать любил, а уж готовить и угощать друзей и подавно. Стол был полон всяких закусок, ну и понятно, что красовалась на нем бутылка грузинского коньяка.

— Кавказский ужин бэз вина — все равно, что свадьба бэз невесты, — пояснил Георгий, как бы извиняясь. — По рюмочке, как дань традиции!

Поллитра на пятерых — понятно, ни о чем. Никто не возражал.

— Садитесь! — торжественно скомандовал хозяин. — Максим, я так понял тебя, что нам прэдстоит серьезный разговор?

— Совершенно правильно поняли, почтеннейший лекарь, — я присел, свободно придвинул к себе тарелку. — Затем вас всех и собрал. Хочу поделиться, хочу обсудить. Мозговой штурм! И коллективным разумом сделать выводы.

— Заинтриговал, — хмыкнул Яр.

— И это только начало, — пообещал я. — Ну что, по первой для начала, или сперва потолкуем?

— Как-то ты, Макс… прямо как речь на пленуме приготовил, — схохмил Санек, цепляя вилкой ломтик салями.

Разнообразных мясо-рыбных деликатесов имелось множество: колбасы, окорок, шпроты, и даже стеклянная баночка черной икры.

— Пленум-не пленум, но верховный тайный совет, — сказал я так, что сам не понял, пошутил, или нет. Впрочем, это было неважно.

— Ну, если события приобрели такой масштаб, — не без юмора заметил Минашвили, — то лучше себя не провоцировать. Успеем пригубить!

На том и порешили.

— Слово имеет будущий академик Скворцов! — провозгласил Фрэнк.

— Твои бы слова, Санек, да Богу в уши, — усмехнулся я. — Но спасибо в любом случае.

И тут я сделал резкий словесный вираж:

— Ладно, парни, дело и вправду серьезное. Вы слышали, что произошло вчера вечером?

Все изумленно воззрились на меня. Я понял, что еще не знают. Хотя, конечно, шила в мешке не спрячешь, и сегодня-завтра слухи поплывут, еще и обрастая нелепыми догадками.

— Значит, нет. Понятно. Поясняю.

Я сделал маленькую паузу, окончательно выстроив в мыслях план рассказа. Он отличался от реальной временной последовательности, но так было лучше.

— Итак, друзья! Прошу на доклад пятнадцать минут. Надеюсь уложиться в десять. Вопросы и комментарии — потом. Хронологию соблюдать не буду в принципе, поскольку есть разница между ней и логикой. Вторая важнее.

И я обвел взглядом «пленум». Ребята явно были и удивлены и заинтригованы.

— Что, обратный отсчет времени? — поднял брови Фрэнк.

— Нет, — возразил я. — Не в том дело. Слушайте, все поймете! Во-первых, не удивляйтесь. Аэлита Кондратьева пригласила меня на свидание…