— Можно сказать, что Кленов был членом этой шайки-лейки. И что-то у них там пошло не так. Настолько не так, что они его устранили. Пошли на это, конечно, не от хорошей жизни. И замаскировали под несчастный случай. Логично?

Парни переглянулись.

— Ну, в целом, да, — осторожно признал Фрэнк.

— Вот исходный пункт, от которого нам надо стартовать, — заявил я с торжеством.

Минашвили сделал чрезвычайно глубокомысленное лицо:

— Э-э, а кому это — нам? Мы имеем какое-то отношение к контрразведке?

Вопрос справедливый. Все примолкли, ожидая ответа от меня. И я сказал:

— Имеем.

Это прозвучало так твердо, что тишина сделалась тише.

— Поясню, — сказал я.

Разумеется, я понял скепсис Георгия. Всяк должен заниматься своим делом. Физики — думать над формулами, копаться в приборах; медики — лечить; а контрразведка — ловить шпионов. И это справедливо, кто бы спорил. Так я и сказал:

— … Кто бы спорил!.. Но есть нюанс.

— То есть?.. — Вован наладился подгрести столовым ножом икру из баночки.

— То есть, они — Пашутин и его команда — не знают того, что знаем мы. Это наш плюс. Вопрос времени — вот что главное. Вопрос времени! Допустим, побежим мы к Пашутину со своими грандиозными открытиями. Пока суд да дело… А если эта группа враждебная есть — а она, похоже, есть — то вскрывать ее надо как можно быстрей. Ведь посмотрите, дело дошло до убийства!

— Если это убийство…- осторожно поправил меня Вовка.

— Ты тоже прав, Вольдемар, — сделал я реверанс ему, — формально, разумеется, так говорить нельзя. Но к черту формальности!

Тут я почувствовал, что должен сейчас попасть в яблочко. Сказать то, что проймет моих друзей до самого душевного ядра. По крайней мере, до какой-то такой струны, что зазвучит в такт сказанному. Только надо верно подобрать слова! И зазвучит струна, не может не зазвучать. Или я не разбираюсь в людях. А я разбираюсь.

— Подумайте сами, товарищи ученые! Что сейчас перед нами? Задача со многими неизвестными. А что такое наука? Это решение сложных практических задач. И что — мы, профессионалы, не сможем сами решить эту задачу⁈ Да сможем, я уверен! Каждый давайте включим свою внутреннюю ЭВМ! — я легонько постучал пальцем по виску.

Сработало. Вдохновенная речь упала теплым дождем на подготовленную почву. Поперли всходы.

Первым поддержал меня Фрэнк:

— А что⁈ Разве игра в сыщика — не прокачка мышления вообще? Отличный тренинг! Давайте попробуем, ребята, я только за!

Эти золотые слова стали переломным пунктом, да к тому же Минашвили разлил по второй, то бишь финальной порции. Санька пробормотал:

— Ну, раз пошла такая пьянка…