Иринку спас отъезжающий родственник:

— Сестра, можно тебя на минутку? — раздался загробный голос Шлангусика, и Ирина, извинившись, вернулась в комнату.

— Что? — устало спросила она.

Шланг яростно зашептал:

— Скажи мне, у Нонны есть еще кто-то?

— То есть? Ты о чем? — тянула время Ирина, лихорадочно думая, что и как ляпать.

— Ну… Есть ли у нее бой-френд здесь?

— Ты — ее френд.

— В общем… Она мне сегодня… Ну, во время… этого дела… проорала: «О! Али!»

Иринка задумалась: «Странная женщина! Мало того, что гарем собирает, так еще и орет об этом! Н-да… Что говорить? Что делать?… Тьфу! Заколебал этот вопрос!»

— Шлангусик! Она кричала по-русски: «Погнали!» Вот так вот: пааа…гнааали! — выкрутилась Иринка. — Это значит — давай, поехали, полетели… Может, она так восторг своим чувствам выражала? Может, взлетала от счастья на небеса?

Шланг завис, а потом в глубоком отчаянии хлопнул себя по лбу. Ирина растерялась: он так смачно припечатал ладонь в лобешник и закатил глаза, что она начала подозревать у Ахмеда сотрясение головного мозга:

— Что с тобой?

— Я — дурак!!!

— Это мы знаем, — не унималась Иринка, — что еще случилось? Я что-то не так сказала?

— Это я что-то не так сказал!!! — Шланг уже ревел. — Я же думал, что Нонна про какого-то Али вспоминает, а она — ангел!!! Любовь всей моей жизни!!! Путеводная звезда!!!

«Бесподобная п...да твоя Нонна…» — злилась Иринка.

— Шлангусик, это недоразумение! Завтра ты ей объяснишь…

— Какое завтра?! Я уезжаю рано утром! — опомнился Шлангусик. — Я должен с ней поговорить прямо сейчас!

Ахмед решительно встал и направил свои оглобли в коридор.

— Твою мать!!! Мне теперь в коридоре жить?! — заругалась ему вслед Ирусик. Она с большим знанием дела применяла свой словарный запас, пока рядом не нарисовался Псих с мысленным вопросом в глазах:

— Я не тороплю… Ты подумай над тем, что я тебе сказал. Только помни: ты мне очень нравишься… Правда…

«И этому надоела своя рука…» — с раздражением подумала Ирусик, но все же пообещала подумать.

***

— …А напоследок… я скажу-у-у… Прощай, любить не обязу-у-уйся… С ума схожу… иль восхожу К высо-о-окой степени безу-у-умства…

Настроение у Ирусика, что стояла под теплыми водяными струйками в душе и пела, было замечательным. Столько нервов потрачено, сколько неприятных минут прожито, но все не зря: они остались работать в отеле, контракт продлевают, Ашраф, измотавший всю нервную систему, решил, что должность импресарио не для него, погода солнечная, Псих вчера в чувствах признался, что, в принципе, не нужно, но приятно. Жизнь прекрасна!!!

— Как ты любил… ты пригубил… Погибели… Не в этом де-е-ело… Как ты любил, ты па-а-агуби-и-и-ил…