— Ш-ш-ш-ш! — гневно откликнулась Ирина.

Милка пробурчала «Вот так всегда!» и обратилась к Нонне и Лане:

— Может сходим в кофе-шоп, пока великий Чапай музу ловит?

Нонна отказалась, сославшись на плохое настроение, а Лана не могла оторваться от вышивания сплетенных в вензеля начальных букв своего имени и фамилии на махровом халатике, который никак не могла довести до ума уже несколько месяцев. Мающаяся бездельем Мила решила вернуться к разговору с Ириной:

— Что за танец-то будет? Либретто расскажи хотя бы…

В голове Ирусика вырисовывалась композиция очередного шедевра шоу-группы «Соло» и даже пришло на ум название — «Тело и душа». Философский смысл заключался в том, что эти два понятия неразлучны.

— Будут танцевать двое. Одной, которая изобразит тело, надо сделать черное платье, другой — белое. В конце: душа покинет тело и оно красиво умрет!!!

Милка насторожилась:

— Куда-то тебя в дебри потянуло, Ирк…

— Сама ты дебря!!! Я просто одной либреттой тебе объяснить не могу. Вот завтра начнем заниматься постановкой и сама увидишь, что танчик — класс!!! — загорелась та и понеслась к зеркалу пробовать себя в роли души.

— Да… Давно надо было изобразить что-то новое, — произнесла вслух свою мысль Нонка, что ходила по номеру с мокрым полотенцем и колотила мух, — Джозеф не зря намекал, как с ним Юсеф разговаривал по поводу…

Хлоп! От Нонкиной руки погибли неожиданной смертью сразу три летуньи, и она, гордая собой, приказала Миле:

— Ты следи за ними и показывай, где сидят. А то я пока за одной гоняюсь, могу мимо целой эскадрильи пройти.

Та сильно обрадовалась хоть какому-то занятию:

— Нонк, — зашептала она, как будто мухи могли слышать, — под светильник на стене одна залетела, сволочь…

— Ага… — прошептала в ответ Нонка и, подкравшись, со всей дури рубанула по светильнику-бра мокрым махровым полотенцем. Раздался треск и звон стекла. Милка и Нонна кинулись к друг другу в объятия, на мирную Лану посыпались осколки и ошметки деревянного светильника, а Иринка с квадратными глазами, где бесновалась испуганная душа, застыла перед зеркалом.

— Бли-и-и-н… — протянула Мила, когда погас свет, — вот это сила!!!

Ирина собрала ноги и руки вместе и тоже восхитилась:

— Нонка — Муромец! Лежала, лежала, а потом как встала, как дала…

— Девочки, я вся в осколках, двинуться боюсь, — пропищала в свою очередь Ланка. — Позовите кого-нибудь, чтобы свет наладили.

Пока Ирина и Нонна бегали за Джозефом, пока Джозеф бегал за электриками, пока электрики чесали затылки и бегали за новой лампочкой, Мила зубной щеткой помогала Лане сметать с нее и ее халатика остатки осветительного прибора.